185 не мояхѳмъ читать безъ скуки, или безъ улыбки. Въ то время, когда другіе писали къ Фипидамъ, или къ Хлоямъ, онъ писалъ прямо и открыто, какъ не скрывалъ и чувствъ своихъ подъ общими избитьши прикрасами стихотворства. Дамы, въ первое время его стихотворнаго поприща, особенно любили стихи его и признавали его, какъ поэта, особеннымъ своимъ почитателемъ. Со всѣмъ тѣмъ у другихъ тогдалінихъ писателей, я думаю, волосы становились дыбомъ, когда онъ, послѣ щегольскаго изображенія приемныхъ комнатъ Селиімены, дамы лучгпаго свѣтскаго круга, окруженной всею утонченностію свѣтскаго ума и роскоши, переходитъ къ такой простотѣ выражеыія и такимъ простонароднымъ поговоркамъ; Я •былъ въ гоетяхъ у Селтіены; Прекрасный видѣлъ тамъ боскетъ; Въ диванной зеркальныя стѣны, Въ гостиной розовый паркетъ. Въ который край ни оглянуся, Красно, богато и свѣтдо! Чего рукой ни дотронуся, Все бархатъ, мраморъ, иль стекло! * Разиня ротъ, я любовался При Селтіенѣ тамъ на все; Умомъ своимъ ей посужался, А сердце пряталъ отъ нее! * * * Хозяйка походя смѣется Всегда на чей пибудь да счетъ; 13 ттряріРі
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4