785 ангеловъ, святыхъ, апостоловъ, на дни праздничныя Рождества Христова, на Вознесенье, изъ стиховъ на страсти Христовы, изъ плача Богородицы, изъ ряда нравоучительныхъ стиховъ подъ заглавіемъ „лѣкарствъ", и т. д. Въ одно время съ проповѣдью греко-славянскаго образца зарождается новый типъ русской проповѣди, являющейся подражаніемъ проповѣдямъ латино-польскаго, схоластическаго образца. Кириллъ Транквилліонъ такъ говоритъ о новомъ типѣ русской проповѣди въ своемъ „Евангеліи Учительномъ": „...Око мое видѣло въ родѣ моемъ много таковыхъ человѣковъ обоихъ станувъ, свѣцкого такъ и духовныхъ, который удалися за чужими науками и разными постилями (поученіями), противныхъ церкви Божей..., и яко муха на сладости меда, такъ и они на прелестныхъ и спасенію шкодливыхъ (пагубныхъ) утопали..." Еще рѣзче говоритъ о тяготѣніи русскихъ проповѣдниковъ къ латино-польскимъ образцамъ Мелетій Смотрицкій въ своемъ „Экзетесисѣ". Обрушившись на Мужиловскаго, Смотрицкій пишетъ слѣдующее- „Ты говоришь о своихъ: развѣ нѣтъ у насъ мужей мудрыхъ и способныхъ? Знаю хорошо и безъ твоей, антидотистъ, похвальбы, что у васъ мудрыхъ людей и ученыхъ даже съ излишкомъ: только при ихъ заботливости, знаніяхъ и мудрости народъ вашъ такъ тученъ отъ хлѣба слова Божія, что едва въ силахъ пошевелиться для спасенія души своей. О, несчастный мудрый наставникъ! Гдѣ же слѣды вашей мудрости? Чѣмъ хвалишься, кѣмъ превозносишься? То-то мудрыя твои проповѣдники народили тебѣ еретическихъ заблужденій! Если бы не латинскіе сборники проповѣдей, то не спѣшилъ бы ты на каѳедру, ораторъ, и не имѣлъ бы, чѣмъ разубѣдить всѣхъ, софистъ... Цѣлуй Бессія, который научаетъ тебя проповѣдывать съ каѳедры: мнѣ хорошо извѣстно, что безъ него скрипѣли бы твои колеса, какъ у возницы безъ мази... А ты—все-таки мудрецъ, да и твои всѣ: одинъ на каѳедру съ Оссоріемъ, другой съ Фабриціемъ, третій со Скаргою, а иные съ другими проповѣдниками римской церкви, безъ которыхъ вы ни шагу... Въ цѣ.ігой Русской, такой обширной, землѣ вы не имѣете и трехъ ученыхъ, а между тѣмъ хвалитесь, что ихъ тысячи..." „Сладость меда" въ латино-польскихъ проповѣдяхъ состояла въ томъ, что авторы ихъ, съ цѣлью разъяснить или развить 50 "^ " 1 ^1 ,:.т^тт*ш^г?]Ш№Ллг-^і^і^тіыттШіт^^
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4