—387 — 4) Иннокентій Комельскій. Иенокентій Комельскій (| 1491) происходилъ изъ рода бояръ Охлѣбининыхъ. Вмѣстѣ съ Яиломъ СорсЕимъ онъ совершилъ путешествіе къ святнмъ ской Руси, н никогда не рѣшплся бы обойтись безъ св. Писанія. Слѣдовательно, необходимо допустить, что Ниъ называетъ себя „поселяниномъ" вовсе не въ сэшсд,ѣ того, что онъ—крестьяапнъ по происхождетю, а въ сыыслѣ переносномъ, въ томъ самозіъ сыыслѣ, въ какомъ онъ въ этой же фразѣ называеть себя „невѣждой", себя, образованнѣГішаго человѣка того времени, вь томъ смыслѣ, въ какомъ въ этомъ и въ другихъ сочпненіяхъ онъ же называетъ себя „безуынышъ", „лѣнивымъ" и т. д. Въ монашеской средЬ гордость разсматривалась, какъ одинъ пзъ главныхъ грѣховъ, іі потому отъ монаховъ требовалась, п притомъ въ усиленнойдозѣ, та пзъ высшихъ хрпстіанскихъ добродѣ гелей, которая называетсясмиреніемъ. Это смиреніе привело къ выработкѣ среди монаховъ своеобразнагоэтикета, состоявшаго въ томъ, что монахъ, говоря о себѣ, употреблялъ всякаго рода уничижительные эпитеты. Существованіе такого этикета въ достаточной сгепенп объясняетъ, почему Нплъ могъ называть себя „поселяниномъ" и въ томъ случаѣ, если бы онъ былъ на самомъ дѣлѣ даже княземъ. Я могъ бы ограничиться вышеприведенпыми соображеніями, которыя слишкомъ вѣски, чтобы продолжать въ-серьезъ говорить о Нмлѣ, какъ о крестьянинѣ. Но я пойду дальше и попробую объяснить, почемуНилъ прибѣгъ къ такому необычному уничижительномуэпитету. Я приведу изъ пяіой главы „Преданія", гдѣ идетъ рѣчь о „гордостномъ" помыслѣ, одно разсужденіе, въ которомъ особенное вниманіе поборниковъ новаго взгляда обращаю на подчерквутыя мною слова: „Суть же п таковш, иже и симъ кичатся, аще родителейявленныхъ въ ыірѣ, пли сродники ниѣша отъ преииущихъ въ славѣ міра, и.ш сами въ коемъ санѣ или чести въ мірѣ бѣша: и сіе—безуміе есть. Сія бо паче сокрывати подобаетъ. Аш,е ли же кто и въ житедьствѣ отреченія своего славу и честь отъ человѣкъ пріпмалъ 65детъ, сіе —стыдѣніе есть. Симъ подобаетъ срамлятися паче, нежели выситися: иже бо сішъ славящіися, сихъ слава—студь есть". Итакъ, Нилъ находптъ, что кичиться знатностью своего рода, особенно, когда отрекся отъ міра, —безуміе, стыдъ п срамъ, п лучше свою знатностьскрывать. Если іаково было убѣжденіе Нила, то ясно, что и самъ онъ осуществлял* его на црактикѣ, замалчивая и скрывая свое пронсхожденіе. А когда онъ писалъ свои работы, и употреблялъ обычные въ то время уиичпжптельные эпитеты, ему легко могла придти мысль, подъ вліяніемъ указаннагоубѣжденія, употребить въ отношеніи къ себѣ новый, необычный, эпитетъ... Отъ своихъ современииковъНилъ фактически не могъ скрыть своего ироиохожденія. Да п какъ скрыть, когда братъ его Андрей находился на службѣ у ведпкаго московскаго князя, былъ его казначеемъ п ѣздилъ въ .Іптву сь дпиломатическимипоручеиіеми, а съ самимъ Ниломъ поддергкивали связи князья п бояре, которые, видимо, смотрѣли на него, какъ на человѣка своего круга, и среди которыхъ у него было не мало послѣдователейѴ Нилу не удалось достичь своей цѣди вь XVв. Зато въ концѣ XIXв. употребленный имъ уничижительныйэпитетъ понятъ былъ русскими изслЬ25*
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4