Ст. 219—233. 541 тдѣ стоитъ церковный староста, украсть деньги, но какъ сего нельзя было сдѣлаіь, такъ какъ возлѣ кружки стоялъ народъ н сынъ церковнаго старостыСтепанъ, то онъ п яридуыалъ сказать сему посдѣднему: „ч'ю братъ мой положплъ твоему отцу въ кошелекъ двугривенный, то сдай мнѣ на этотъ двугривенный шесть гривенъ, а 10 коп. асспг. пойдутъ въ кошеіекъ", что сынъ старосты Степанъ и сдьлалъ; онъ же, Богомазовъ, получивши сдачу, отошолъ отъ ящика, а потоыъ пошолъ вмѣстѣ съ народомь на Іорданъ, гдѣ н взяли его въ Усердинскуювотчинскую контору; здѣсь деньги отъ него отобрали п возвратили въ церковь. Ѳознаніе Богомазова въ ирестуиленіи подтвердилось и обстоятельствамидѣла. Государственный Совѣтъ до разсмотрѣнія котораго восходило это дѣло, нашелъ, что совершенное Богомазовымъ престуиленіе слѣдуетъ считать святотатствомъ, какъ по смыс.іу 253 ст. Улож. (219;, на основаніи коей „святотатствомъ признается всякое иохищеніе церковныхъ вещей п денегъ", таЕЪ и по удостовѣренію церковныхъ служителей, что украденныя Богомазовымъ 17 коп., но отобраніп отъ него, возвращены въ церковную кружку (Высоч утв. Мин. Госуд. Сов. 12 аир. 1860 г., Сборн. стр. 127). Что же касается до утайки найденнаго (ст. 778 уст.), то утайка найденнаго церковнаго имущества не можетъ быть почитаема святотатствомъ, ибо: 1) утайка не носить въ нашемъ законѣ термина похищенія; 2) утайка не можетъ ямѣть мѣста внутри церковныхъ хранилищъ; 3) святотатство предполагаетъбезусловно нахожденіе имущества въ вѣдѣніи церкви — прнзнакъ, который отсутствуетъ при утайкѣ найденнаго и 4) утайка—спеціальный проступокъ, наказаиіе за который можетъ быть ограничено однимъ деиежнымъ штрафомъ, тогда какъ въ основаніи наказдній за святотатство лежитъ усиленіе наказаній поюженныхъ за воровство и присвоеніе. § 3. Субъектъ. Ни въ текстѣ статей Удожепія, ни въ мотавахъ къ святотатству составителей проэкта Уложенія 1845 г. не видно даже и намека на желаніе ограничить почятіе свя'югаьсгва исключительно лпшь лицами христіанскихъ вѣропсповѣданій. Да'ке болѣе: закоиъ наказываетъ тоіо-же самою мѣрою наказанія, какъ Татарина, сгащившаго пзъ церкви чашу, такъ и нравославнаго, учинпвшаго тоже самоедѣяніе, хотя, п съ точки зрѣнш нравственнаго чувства, и съ точки зрѣнія религіи, невозможно нодвесть обѣ эти величины къ одному и тому же знаменателю. Изъ числа субъектовъ похищенія законъ выдѣляетъ, какъ особенно преступныхъ, тѣхъ лицъ, коимъ похищенное было ввѣрено на хранепіе или для употребленія въ богослуженіи. Въ ст. 228 Улож. изображено: <еслп святотатство учинено тѣмъ лицомь или лицами, коимъ было поручено храненіе похищенныхъ предметовъ, вещей плн денегъ, или же сіи вещи и предметы ввѣрялись для употребленія при богослужепіп, то при опредіЁлети имъ, означенныхъ въ предшедшей сей главы етатьяхъ за кажщй родъ сего преступленія, наказаній, строгость оныхъ возвышается одною степенью^. Изъ этого постановленія ясно, что законъ выдѣляетъ особо: а) хранителей церковнаго имущества и б) лпцъ коимъ церковные предметы были ввѣрены для употребленія при богослуженіи.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4