256 Мошенничество. денеіъ иодъ тѣмъ предлогоыъ, что деньги эти мог}"тъ быть отняты у нихъ участковыыъ засѣдателеыъ, но не при тѣхъ условіяхъ, которыя изъяснены въ приведенной статьѣ закона и единственно для сохраненія. Настоящій случайиредвиденъвъст. 2272 Ул. (177 У. о Нак.). На основаншсего закона, подлежитъ наказанііо тотъ кто присвоить себѣ чужую собственность, отданную ему на сохраненіе, запираясь въ полученіи оной (Сб. рѣш. стр. 208). Взглядъ Сената—безконечная путаница. Однимъ рѣшеніемъразъяснено, что между мошеннпчествомъ п приевоеніемъ существенная разность въ томъ, что мошенничество есть похпщеніе чужой вещи посредствомъ обмана, а присвоеніе есть обращеніе въ собственность пяі удержаше ввѣреннои чужой вещи; хотя обманъ можетъ быть п въ прпсвоенія чужой вещи, но въ этомъ случаѣ онъ служитъ средствомъ не поіпщенія, а удержанія за собою вещи (1870 г. Л» 612 Ястребова; 1868 г. Л» 388 Постовсваго; 1869 г. Л» Б80, Курбатова);—другпмъ признано мошенничествомъ полученіе отъ лица денегъ для отсылки съ почтою, удержаніе этихъ денегъ у себя съ ложнымъ увѣреніемъ потерпѣвшаго въ противномъ и съ представленіемъ ему въ доказательство чужой переправленнойпочтовойросписки(1870 г. Л» 519); третьпмъ— вопреки вышеприведенному мнѣнію Государственнаго Совѣта—что вымышленное прпнятіе денегъ на храненіе, употребленное только какъ средство къ обманному полученію этпхъ денегъ, есть мошенничество, а не присвоеніе (1870 г. Л» 1450, Строганова); четвертымъ—въ отступленіи отъ закона, практики и теоріи—что присвоеніе забытой вещи, съ отговоркою что ее не получалъ и не видалъ, есть обманъ, а не присвоеніе найдепнаго (1871 г. Л» 783, Ыиндубаева). Мошенничество отличается отъ присвоенія найденнагоили утайки единственно и исключительно тѣмъ, что утайщпкъ пріобрѣтаетъ имущество въ свое владѣніе фактомъ находки, а не при помощи мошенническойсдѣлки; ежели же онъ удерживаетъ его за собою или присвопваетъ его себѣ подъ различными вымышленными предлогами, то это будетъ не мошенничество, а присвоеніе найденнаго. Напротивъ того, будетъ мошенничествомъ пріобрѣтеніе отъ другого находки обманнымъ образомъ и въ этомъ отношеніп совершенно справедливо разъяснено Сенатомъ, что «взятіе найденной кѣмъ-либо вещи, при помощи обманной выдачи себя за хозиина этой вещи, вполнѣ подходитъ подъ понятіе мошенничества и не можетъ быть наказываемо какъ присвоеніе находки» (1869 г. Л» 380, Курбатова). Мошенничество отличается отъ грабежа безъ иасплія тѣмъ, что въ грабегкѣ лицо потерпѣвшее передаетъ имущество грабителю или предоставляетъ взять ему таковое по прпнужденію пли страха опасности ради, грозящей ему отъ грабительскаго нападенія —стало быть сознавая, что оно имѣетъ дѣло съ похитителемъ; въ мошенничествѣ же имущество уступается обманщику добровольно, на основаніп взапмной непринужденной сдѣлки (1867 г. Л» 135, Гальпершіа). Подробности по этому вопросу еж. въ коммонтаріяхъ на грабежъ (§ 2, III).
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4