Ст. 1649. 189 субъектами 1649 ст., не былъ не только затронуть, но даже и возбужденъ; 2) Сенатъ думаетъ, стадо быть, что объ этомъ прямо сказано въ 1649 ст.: 3) поэтому онъ только ограничиваетъ случаи иримѣненія ея къ постороннимъ; 4) эти ограниченія сводятся къ слѣдующпмъ: а) чтобы поеторонніе не только уговорились, но и дѣйствптедьно присутствовали на мѣстѣ преступленія, и б) чтобы они были главными виновниками, а не пособниками или прикосновенными (1870 г. № 284, Сапрыкипа и Токарева; Л» 1474, Зыкова; 1873 г. Л» 255, Тропскаго). Явная несправедливость и неосновательность подобнаго взгляда практики доказываются слѣдующими соображеніями: 1) по самому понятію кражи домашней, субъектами ея могутъ быть только домашніе, а не поеторонніе; 2) по общему правилу, лично свойственныя данному преступнику обстоятельства увеличивающая или уменьшающія вину не могутъ быть переносимы съ одного участника на другаго: на семъ основаніи участникъ, напр. въ отцеубійствѣ, наказывается за убійство простое, коль скоро убитый не былъ его отцомъ; 3) изъ прпведенныхъ нами, при изложеніи простой домашней кражи, рѣшеній Сената, видно, что онъ впдитъ усиленіе наказанія за кражу домашнюю противу кражи простой въ томъ обстоятельствѣ, что воръ домашній «нарушаетъ то особое довѣріе, которое хозяинъ имѣетъ къ своимъ слугамъ и рабочимъ и тѣ личныя обязанности, который лежатъ на немъ въ отношеніи къ мѣсту, въ которомъ учинено преступленіе». — Спрашивается: примѣнимо ли хотя одно изъ сихъ соображеній, даже по аналогіи, къ участнику не принадлежащему къ числу домашнихъ обокраденнаго?! 4) въ дѣлахъ серьезныхъ нельзя примѣнять статейзакона наизусть пли напамять, а необходимо безусловно въ каждомъ отдѣльномъ случаѣ справляться съ текстомъ закона. Обратившись же къ тексту 1649 ст., судъ усмотрѣлъ бы въ немъ, что оиъ подвергаетъ наказанію не всѣхъ участниковъ кражп, а только лицъ спеціальнѳ въ немъ озпаченныхъ. И дѣйствптельно, въ 1 п. 1649 ст. сказано: «Когда кража главнымъ виновнымъ учинена по уговору и въ сообществѣ съ наведенными имъ людьми, то онъ подвергается...» Выраженіе <съ наведенными имъ на домъ людьми* не оставляетъ сомнѣнія, что «главный виновный» долженъ быть воръ домашній, а вслѣдъ затѣмъ и выраженіе: «то онъ подвергается» доказываетъ прямо, что положенному въ 1649 ст. наказанію подвергаются не веѣ участники кражи, а только главные пзъ нихъ, т. е. домашніе воры; 5) къ тому же заключенію приводитъ и опредѣлительная часть 1649 ст.: если кража учинена слугами, работниками, подмастерьями, или другими лицами, проживающими у того, чье имущество украдено, то наказанія за оную (т. е. за кражу слугами, работниками и т. д., а отнюдь не посторонними) опредѣляютея на сдѣдующемъ основаніи», —откуда явствуетъ, что карательная часть помянутой статьи ограничивается исключительно наказаніемъ лицъ домашнпхъ. Сводя во едино все сказанное нами по поводу субъекта преступленія 1649 ст., иы приходпмъ къ слѣдующимъ окончательньшъ заключеніямъ: 1) отвѣтственными лицами по 1649 ст. могутъ быть только домашніе, участники же изъ постороннихъ несутъ отвѣтственноеть не по ст. 1649, а на общемъ основаніи; 2) подъ плавнымъ виновнымъч' 1 п. 1649 ст. слѣдуетъ разумѣть просто домашняго вора, въ противуположность вору постороннему; 3) для примѣненія означеннаго закона безразлично будетъли домашній воръ главнымъ виновникомъ
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4