Ст. 1644. 111 ключаться въ намѣреніи присвоить себѣ вещь, т. е., взявъ, удержатьееза собою или распорядиться ею какъ сворю собственностію. Съ отсутствіемъ признакаприсвоеенія вещи дѣяніе перестаетъ быть кражею и не можетъ быть преслѣдуемо и караемо какъ воровство. Таково требованіе сущности дѣла; таковъ былъ и есть постоянныйвзглядъ нашей практики, старой и новой, таковъ и законодательный взглядъ на этотъ вопросъ, высказанныйвъ Высочайше утвержденномъ мнѣніп ГосударственнагоСовѣта, отъ 17 япп. 1851 г., по дѣлу Стамати. (См. выше, стр. 17). Таковъ же взглядъ и Сената: 1) Мессаропіъ обвиняла мѣщанку Кошукъ въ самоуправствѣ и кражѣ, состоящихъ въ томъ, что Кошукъ зашла въ комнатуМессарошъ, какъ квартирная хозяйка и приказала сдужанкѣ своей Швыряевой вынестп оттуда, принадлежавшуй ей, Кошукъ, швейную машину, которую Мессарошъ, взявши на одинъ день, не' возвращала по истеченіи нѣсколькихъ дней; причемъ Кошукъ захватила принадлежавшій Мессарошъ швейный рубецъ, заявпвъ тогда же Швыряевой, что этотъ рубецъ принадлежитъ Мессарошъ, каковой п возратила немедленнопо прибытіи полпціи. Сенатъ оставиіъ кассаціонную жадобу обвинительницы Мессарошъ безъ дослѣдствіи, меааду прочимъ, по тому соображенію, чтонельзя признатькражею взятіе Кошукъ принадлежавшаго Мессорошъ рубца, ибо кража есть тайное иохищеніе чужаго движимаго имущества. Кошукъ же, вынося пзъ комнаты Мессарошъ рубецъ, не только не имѣла намѣренія присвоить его себѣ, но прямо заявила, бывшей приэтомъ Швыряевой, что рубецъ принадлежитъ Мессарошъ, а при обыскѣ немедленно передала его полпціи; — слѣдоватедьно въ этихъ дѣйствіяхъ не содержится двухъ существенныхъ признаковъ кражи, а именно, тайнагопохищеніл и аіеланія ирисвоить похищенное себѣ, пли распорядится имъ какъ своею собственностью, по своему усмотрѣнію (1871 г. Л'» 43, Мессарошъ); 2) Ларіоновы Обвинялись въ томъ, что самовольно увезли ночью сѣно не смотря на то, что деньги за сѣнокосъ быди'имъ уже возвращены. Мировой Судья иризиалъ увозъ одного изъ стоговъ кражею, потому что ото сѣио было снято съ такого нѣсіга, за кортому котораго деньги Даріонову возвращены но судебному рѣшенію. Съѣздъ утвердплъ этотъ приговоръ, признавъ дѣяніе кражею, потому что гражданское дѣло между Поповымъ и Ларіоновымъ кончилось и обвиняемые потеряли всякое право на скошенное ими сѣно. — Сснатъ отмѣнплъ этотъ приговоръ, принявъ на видъ: что признанныеСъѣздомъ фаігты, незаключаютъ въ себѣ всѣхъ существенныхъ прианаковъ кражи, которою по силѣ 1644 ст. Улож. признается тайное похищеніе чужаго имущества; въ рѣшеніи Съѣзда вовсе не усматривается фактовъ, указывающихъ натайноепохищеніе; а обсужденія судомъ вопроса: пмѣлъ ли Ларіоновъ право на сѣно, —доказываетъ, что Съѣздъ не признавалъ несомнѣннымъ, чтобы Ларіоновъ увози.иъ сѣно завѣдомо чужое, съ цѣлью присвоенія его въ свою собственность; взятіе же кѣмъ либо такого имущества, на которое онъ считалъ себя пмѣющимъ право, не можетъ составлять кражи. Однимъ изъ существенныхъ признаковъ которой есть то, что похититель беретъ вещь завѣдомо чужую. (1870 г. № 1648, Ларіонова). Намѣреиіе присвоить себѣ вещь вовсе не предпоіагаетъ, чтобы преступнпкъ имѣлъ намѣреніе обратить вещь именно въ свою пользу, т. е., чтобы онъ желалъ покорыстоваться украденною вещью; для паличпости кражи необходимо только одно, и именно, чтобы подсудимый похитидъ чужую вещь въ намѣреніи распорядиться ею какъ своею собственною (1871 г. Л'» 43, Мессарошъ); за симъ цѣль его похищенія, т. е. присвоеніе вещи съ свою пользу или же отдача ее въ другія руки, можетъ имѣть только вліяніе на мѣру наказанія. Изъ требованія отъ умысла наличности наиѣренія присвоитьсебѣ вещь вытекаютъ слѣдующіе выводы; 1) подсудимый, укравшій цѣлоіз, долженъ почитаться похитите-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4