84 ЖИЗЯЬ ЗАМѢЧАТЕЛЬНЫХЪ ЛЮДЕЙ. Симеонъ Полоцкій, но они, какъ и веѣ другіе, не ииѣли никакого уепѣха. Увѣщанія переходили въ ожесточенный споръ; съ Полоцкимъ у Аввакума, говоря его словами, ссзѣло было стязаніе много: разошлися, яко пьяни, не могъ и поѣсть послѣ крику». Саоры эти оставались, однако, совершенно безалодяыми, такъ какъ противники стояли на совершенно различной почвѣ и не могли понять другъ друга. «Острота, острота тѣлеснаго ума!> — говорилъ Полоцкій Аввакуму —да лихо упрямство; a се не умѣетъ науки». По именно эту-то науку, въ незнавіи которой кіевскій монахъ упрекалъ юрьевецкаго протопопа, послѣдиій и отрицалъ. Еще менѣе дѣйствовали на него, видѣвшаго мученическіи подвигъ въ своей настойчивости, угрозы, какія употреблялъ Матвѣевъ. <Не грози ывѣ смертію, —возражалъ онъ послѣднеиу—не боюсь тѣлесвыя смерти, но развѣ грѣховныя>. Паученныйопытомъ, не поддавадея онъ и на льстивыя обѣщанія, на ласку. «Ты ищешь —говорилъ онъ тому же Матвѣеву —въ словопреніи высокія науки, a я прошу у Христа моего поклонами и слезаии: и мнѣ кое общеніе, яко свѣту со тьмою или Христу съ Веліаромъ?» И смутившійся Матвѣевъ не вашедся ничегоотвѣтить наэто, кромѣ того, что існамъсътобоюнесообшно. П, дѣйствительно, именно «общѳнія», общей почвы, на которой возможно было бы соглашеніе мёжду разошедшимися людьии, не оказывалось болѣе на лицо. «Пропасть велика между нами и вами утвердися, —писалъ незадолго до этого Спиридонъ Потемкинъ одному вернувшемуся къ церкви раскольнику—яко да хотящіи преити отсюда къ вамъ не возмогутъ, ниже оттуда къ намъ преходятъ». По мѣрѣ того, какъ сознаніе этой лропасти, благодаря рѣзкой лостановкѣ вопроса со стороны раскольниковъ, становилоеь все ярче, люди компромисса, сознательно или безсознательно примирявшіе два крайнія направлеиія, отстуаали на задній планъ, въ свою очередь и съ другой стороны очищая мѣсто представителямъкрайней партіи. Самъ царь, такъ долго колебавшійся, должепъ былъ теперь примкнуть къ этой поелѣдней и руководитьсл ея совѣтами въ дѣлѣ раскольниковъ. Сущноеть же этихъ совѣтовъ легко было предвидѣть. Обрядовая сторона и для противниковъ раскольниковъ сохраняла чрезвычайную важность, при которой отступленіе отъ правнльности обряда равнялось ереси, отношеніе же къ еретикаиъ опредѣлялось какъ предшествовавшей практикой церкви, такъ и господствовавшиии въ обществѣ взглядами и нравами. Соборъ, дѣйстви-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4