ПРОТОПОПЪ АВВАКУМЪ. 59 прочимъ, въ Устюгѣ встрѣтился протопопъсъ однииъ изъ частыхъ тогда додвижниковъ-юродивыхъ, нѣкіимъ Ѳедоромъ, который и лѣтомъ, и зимой ходилъ безъ верхняго платья, въ одиой рубахѣ, днеиъ юродствовалъ на людяхъ, а ночи проводилъ въ усерднои молитвѣ, етреилсь такииъ путемъдостигнуть сдасенія. Занятый своимъ подвигомъ юродства, онъ не обращалъ вниманія на исправленіе книгъ, да, вѣроятво, самъ не могъ и замѣтить его особенпостей, а споры, поднявшіеся по этому иоводу среди духовенетва, до него еще не доходили. Аввакумъ, нознакомившись съ нимъ, разсказалъ ему о новизнахъ въ церкви и силой своего слова довелъ до того, что Ѳедоръ, схвативъ имѣвшуюся у него псалтирь новой печати, «тотчасъи въ печь кинулъ, да и проклялъ всюновизну». Вслѣдъ затѣмъ онъ отправилсясъ Аввакумомъ въ Москву и сдѣлался однимъ изъ реввостнѣншихъ его приверженцевъ и учениковъ. Распространяя по пути свое ученіе и всюду почти пріобрѣтая учениковъ и сторонниковъ, протопоцъ прибылъ, наконецъ, и въ Москву, изъ которой выѣхалъ около десяти лѣтъ тому назадъ въ ссылку. При этомъ въѣздѣ въ столицу онъ Пылъ уже не тѣмъ малоизвѣстньшъ священникомъ, какимъ онъ жидъ въ ней вѣкогда: его сопровождалъ ореолъ мученичества, дорогои цѣной добытый въ Тобольскѣ и Дауріи и привлекавшій на него теперь вниманіе даже тѣхъ, кто его не зналъ раныпе или мало зналъ. Этотъ ореолъ, создавшійся вокругъ него, имѣлъ особенное значеніе при условіяхъ, какія Аввакумъ засталъ въ Москвѣ. Броженіе умовъ, принявшее въ русскомъ обществѣ съ момента преобразованій Никона такой рѣзкій характеръ, далеко еще не привело къ послѣднимъ своимъ результатамъ; различныя партіи еще не сформировались оковчательно и кодебанія, переходьі съ одной стороны на другую происходили въ высшей степеаи часто. Нѣкоторые изъ людей, десять дѣтъ назадъ выступившихъ съ протестоиъ противъ новшествъ патріарха, теперь уже отступились отъ вачатаго ими дѣла, разубѣдившись въ истинѣ его, и въ чиелѣ ихъ былъ самъ Иванъ Нероновъ, нѣкогда признанный глава кружка протопоповъ, другъ и руководитель Аввакума. Сосланный сперва въ Спасокаменныи, а ватѣмъ въ Кандалашскій монастырь, онъуже 10 августа 1655 года бѣжалъ изъ посдѣдняго въ Соловки и отсюда пробрался въ Москву. Здѣсь онъ втеченіе нѣсколькихъ мѣсяцевъ скрывался отъ грознаго патріарха то въ самомъ городѣ, то въ его окрестностяхъ, въ исходѣ 1656 года постригсявъ монахаи принялъ имя старца
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4