ПРОТОШШЪ АВВАКУМЪ. 41 надъ обществомъ, онъ ставилъ извѣстныя требованія къ окружающинъ во имя своихъ нравственвыхъ идеаловъ, вооружаясь для пхъ защиты какъ духовнымъ авторитетомъ, такъ подчасъ и прямо матеріальной силой. Защищать же быдо что, такъ какъ на далекой сибирской окраинѣ жизнь значительной части общества еще менѣь укладывалась въ строгія рамки нраветвенноети, чѣмъ въ центральныхъ областяхъ государства. Аввакумъ не заыеддилъ повести дѣятельную борьбу съ проявленіями нравствениоі раесущенности общества и эта борьба скоро познакомила жителей Тобольска съ личностыо протопопа. 5'ѣхалъ, какъ-то архіепископъ въ Москву и въ его отсутствіе произошло столкновеніе между Аввакумомъ и архіепнскопскимъ дьякомъ Иваномъ Струной. Послѣдній за что-то придрался къ дьячку Аввакумовой церкви и «мучить напрасно похотѣлъ» его, но тотъ убѣжалъ, и спасся въ церковь. Струна, собравъ людей, послѣдовалъ за нимъ и туда и, ворвавшись въ церковь во время вечернз. схватилъ стоявшаго на клиросы дьячка за бороду. Тогда Аввакумъ покинулъ службу, заперъ церковныя двери, такъ что пришедшіе со Струною люди не могли войти въ храмъ, и, принявшись вмѣстѣ съ дьячкомъ за самого Струну, «посадилъ его среди церкви на полу- и за церковный мятежъ поетегалъего ремнемъ нарочито-таки» и уже послѣ того, прпнявъ отъ него покаяніе, отпустилъ его домой. Эта выходка не прошла даромъ не въ мѣру рьяному протошшу: родственникп Струны возмутили противъ него населеніе города и въ ту жс ночь пытались вдомиться во дворъ Аввакума, грозя схватить его и утопить. Только случай спасъ Аввакума, но и послѣ того ему долго еще приходилось прятаться отъ раздраженныхъ -враговъ и даже не ночевать дома изъ опаеенія новаго нападенія. «Мучился я, отъ нихъ бѣгаючи, —разсказываетъ самъ онъ—съ нѣсяцъ тайно: иное въ церкви ночую, иное уйду къ воеводѣ. Княгиня меня въ сундукъ посылала,—я-де, батюшка, надъ тобою сяду, какъ-де прпдутъ тебя искать къ намъ; и воевода отъ нихъ, мятежниковъ, боялся, лишь плачетъ, на меня глядя. Я уже и въ тюрьиу проеился,—ино не пустятъ». Наконецъ, возвращеніе архіепископа избавидо Аввакума отъ гнета постояннаго страха. Симеонъ, наидя протопопа' совершенно правымъ, за его дѣло и еще за другой проступокъ приказалъ посадить Струну на цѣпь. Дьякъ однако ушелъ отъ этого наказанія и явился къ воеводѣ съ доносомъ на Аввакума, сказавъ на него
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4