ЛРОТОПОІГЬ АВВАКУМЪ. 37 властеи, и предложили ему служитьвъ соборѣ по очереди, направахъ товарищества. Напрасно Аввакумъ ссылался на свой санъ протопопа и, на то, что ему Нероновъ, уѣзжая, поручилъ церковь; попы отвѣчал^ что нротопопъ онъ въ ІОрьевцѣ, а не въ Москвѣ, что же касается Неронова, то онъ имъ ничего не говорилъ на счетъ подчиненія Аввакуму. Тогда послѣдаій, раздраженный и оскорбленный, удалился изъ собора, отказавшись отъ всякихъ сношеній съ его священниками, и отправился въ домъ Неронова. Тамъ рѣшилъ онъ отбывать церковныя службы и сторонники его убѣждали народъ собираться къ нему, замѣчая по адресу казанскихъ поповъ, что «въ иную пору и конюшня лучше церкви бываетъ». Но положеніе главы протестующаго кружка, принятое на себя Аввакумомъ среди начавшейся борьбы, навлекало на него неизбѣжную месть со стороны патріарха, китораго извѣщали обо веѣхъ его дѣйствіяхъ. 13-го августа, въ субботу, когда Аввакумъ собрался «събратіею о Господѣ побдѣти» въ сушплѣ въ Нероновскомъ домѣ, служба была нрервана появлевіемъ патріаршаго боярина Бориса Нелединскаго со стрѣльцами. Протопопа арестовали и отвезли на патріаршій дворъ, гдѣ его приковали на дѣпь и такъ продержали до утра. Утромъ, все съ цѣпью на шеѣ, его посадили въ телѣгу, отвезли въ Андроньевъ монастырь и тамъ посадили на цѣаь въ темномъ погребѣ. Три двя и триночидержали здѣсь протодопа, не давая ему ни пищи, ни воды; только на третіі день нашелся какой-то добрый человѣкъ, который тайно принесъ Аввакуму щей и хлѣба, и въ воображеніи узника онъ представлялся не то человѣкомъ, не то ангеломъ. На четвертый день вывели Аввакума изъ погреба и архимандритъ съ братіею стали уговаривать его нодчпниться патріарху, но не имѣіи уснѣха. Перенесенныя истязанія, не сломивъ протопопа, лишь утвердили его въ мысли, что онъ етраждетъ ва правую вѣру. «Журятъ мнѣ,—разсказываетъ самъ онъ—что. патріарху не покорилея, a я отъ писанія его браню да лаю». Видя безуспѣшность первыхъ своихъ попытокъ, монастырскія власти отдали протопопа подъ начало, осудивъ его тѣмъ на цѣлый рядъ физическихъ и нравственпыхъ мученій. «У церкви за волосы дерутъ,—вспоминалъ впослѣдствіи Аввакумъ—и подъ бока толкаютъ, и за чѣпь торгаютъ, и въ глаза плюютъ». Четыре недѣли проведъ Аввакумъ въ такомъ искусѣ и невеселыя вѣстп доходили до него за это время черезъ монастырскія стѣны. Слышалъ онъ, что и другіе члены недавно еще столь сильнаго кружка подверглись гоненію
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4