ПРОТОПОПЪ АВВАКУМЪ 15 единое государство изъ разрозненныхъсѣверно—русскихъ земель и удачно защищать затѣмъ самостоятельностьэтого государетва отъ враждебныхъ покушеній на нее. Почти до самагоконца 16-го столѣтія прододзсалисьэтиудачи Москвывъ областивнѣшней политикй, совершаясь за счетъ ея соеѣдей. Въ томъ тѣсноиъ кругѣ политическихъотношеній, въ которомъвращалось московскоегосударство до послѣднихъ десятилѣтій 16-го вѣка, оно одержало несомнѣнное, хотя и не полное, торжество, и немудрено, если возбужденвому воображенію москвичей при ихъ ограниченномъ политическомъ кругозорѣ это торжество представлялось побѣдой русскаго правовѣрія надъ латинстиомъ и мусульманствомъ и въ немъ готовы быди провидѣть начало соединенія всѣхъ царствъ подъ руку свѣтлаго и благовѣрнаго царя московскаго. Но именно ѳти внѣшніе усаѣхи и послужили затѣмъ толчкомъ къ измѣненію отношеній между Москвой и ея сосѣдями, постепенно повлекшему за собои весьиа серьезныя перемѣны какъ въ государетвенномъ строѣ Москвы, такъ и въ складѣ самосознанія ея населенія. Дѣло заключалось прежде всего въ томъ, что путемъсвоихъ уснѣховъ въ международныхъ отношеніяхъ московское государство вышло на болѣе широкую политическую арену и вызвало противъ себя болѣе грозныя силы, чѣмъ тѣ, съ какими ему приходилось считаться раньше. Ивъ-за старыхъ враговъ Москвы—Литвы и татаръ, отъ которыхъ она обороняла русскую землю, въ концѣ 16-го вѣка поднялись новые и гораздо болѣе опаеные въ лицѣ Полыни и Гурціи. Нельзя сказать, что теорія, ставившая Ыоскву центромъ и главою нравославія, не предвидѣла такихъ результатовъ: она указывала на необходимость борьбы, которая теперь возеикала, но, ставя свои теоретическія иоложенія, плохо разечитала ихъ отношеніе къ дѣйствительноети. Когда московское правительство, расширяя свои завоевательные планы, попыталось пробиться къ морю и цріобрѣсти Лпвовію, оно натолкнулось на энергическое сопротивлевіе Полыни и Швеціи и дотерпѣло въ этой борьбѣ рѣшительную неудачу. Вслѣдъ затѣмъ и вообще отношенія московскаго государетва къ Полыпѣ на нѣкоторое время пріобрѣли характеръ какъ разъ обратный тому, какой имѣди отношенія Москвы къ Литвѣ. Пользуясь тяжелымъ положеніемъ государетва, раззореанагоборьбой и потрясеннаго внутреннимисмутами, Подьша въ свою очередь перешла въ наступательное положевіе и съ оружіемъ въ рукахъ ввесла даже католическую пропаганду въ русскіе предѣлы. Лишь гпапдіозное напряженіе силъ народа сохраШтіЯШгѵітЯЯют
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4