b000001831

— 7 — о всѣхъ происшествіяхъ. Когда Амерпка была завоевана ѳвропей- цами, порабощенные діікари тоже не могли нпкакъ освопться съ по- нятіемъ о письмѣ. Иыъ все казадось, что вся тайна, вся суть пнсьма заключается въ самой буыагѣ, которую они называли «говорящей», и смотрѣли на нее, какъ на одушевленный дредзіетъ, обладаіощій слухомъ, зрѣніемъ и словесною рѣчыо. Иа этомъ основаніи нѣкоторые дикари старадись доставать исшісанную бумагу и прпкладывали ее къ ушамъ, думая такимъ образомъ услышать какуіо-нпбудь рѣчь, но послѣ многпхъ неудачныхъ попытокъ они рѣшади, что европейцы владѣютъ секретомъ, при помощи котораго онп эту бумагу заставляютъ говорить, когда имъ угодно. По этому поводу мы находпмъ у писателя Гомара чрезвычайно пнтересный п поучитедьный разсказъ объ одномъ сдучаѣ, имѣвшемъ мѣсто въ Южной Аиершсѣ. Одинъ европеедъ вручилъ своему рабу - перуанцу корзину съ прекрасными пдодами и піісьмо, и приказадъ отнестп эту посыдку одному своему другу. По дорогѣ перуанецъ никакъ не могъ избавиться отъ собдазнительной мысли полакомиться плодами и, нако- нецъ, поддадся-таки яскушенію и съѣдъ значительную ихъ часть, будучи увѣренъ, что никто не узнаетъ объ этомъ. Каково же было его удпвде- ніе, когда другъ его господпна настоіічиво сталъ требовать недостаіощихъ пдодовъ, указывая на письмо, въ которомъ было точно обозначено коди- чество плодовъ. «Не вѣрьте этой бумагѣ, — возразплъ дикарь, — она гово- ритъ неправду. Я прпнесъ вамъ въ корзинѣ стодько же пдодовъ, сколько ынѣ вручидъ мой господпнъ». На обратномъ пути дикарь никакъ не могъ понять, какимъ образомъ европеецъ узналъ о его проступкѣ. «Не- ужеди, въ самомъ дѣдѣ, ему разсказала бумага?» — подуиадъ онъ, и тотчасъ же вспомнидъ про письмо, ісоторое ему въ свою очередь быдо вручено для передачн господину. «Ыѣтъ, не можетъ быть, — возразплъ онъ самому себѣ,— не можетъ быть, чтобы эта мертвая и безсильная бумалска могла натворить мнѣ стодько зла». Наконецъ, онъ пришелъ къ заключенію, что письмо тутъ ни при чемъ, что европейцу внушида подозрѣпіе дишь не со- всѣмъ подная корзина, а потому ему просто хотѣдось нспытать его и такимъ образомъ добиться правды. На этой мысли дикарь успокоидся, и въ душѣ крайне радовался тому, что не поддался на удочку хитраго европейца. Вер- нувшись домой, онъ однако стодкнулся съ другой, еще гораздо болыпей для него неожидапностыо. Онъ находидся въ крайнемъ недоумѣніи, когда его господинъ вдругъ ни съ того, ни съ сего стадъ своей падкой наносить ему удары, а затѣмъ указалъ ему на письмо, изъ котораго онъ узнадъ обо всемъ происшедіпемъ. Съ этихъ поръ дикарь окончательно убѣдился въ піпіонствѣ бумаги и съ сидьнымъ подозрѣніемъ сталъ относиться къ письмамъ госиодина. Когда черезъ нѣсколько дней онъ снова быдъ посданъ съ такой же точно посылкой къ тому же европейцу, онъ ужѳ былъ гораздо осторолснѣе. Онъ рѣшидъ перехитрить письмо, и съ этой