b000001761

■.:**&¥*Шж 79 юношу, большее или меньшее вліяніе, и заинтере- совали меня наукой. Они заставили меня видѣть въ наукѣ святыню, которой нужно служить честно и нелицепріятно, посвящая ей всѣ своп силы и сно- собности, и нелегкій, долгій, упорный трудъ, но ко- торая за то, также всякому, кто хоть сколько ни- будь добросовѣстно ей послужитть, даетъ великое наслажденіе въ безкорыстномъ псканіи истины. Они же, эти наставники мои, показаіи- мнѣ, какую наука имѣетъ культурную силу, и какъ можетъ эта наука облагораживать и осчастливливать человѣка; какъ отъ степенп распространенія широкой образованности прямо зависитъ увеличеніе человѣческаго благосо- стоянія. И вотъ, подъ вліяніемъ этихъ-то людей, я, полный юношескаго идеализма, уже въ дѣтствѣ мечтавшій о профессорствѣ и учительствѣ, твердо рѣшилъ посвятить себя служенію обществу въ ка- чествѣ учителя. Вглядываясь въ даль моего университетскаго прошлаго, сканіу кстати нѣсколько словъ и о томъ, какими весьма существенными пробѣлами, только отчасти пополненными потомъ, уже гораздо позже, страдало наше факудьтетское филологическое обра- зованіе. Совсѣмъ отсутствовалъ у насъ самый важный, основной, предметъ гуманистическаго образованія — философія, поиимая подъ нею логику, психологію и исторію философіи. Послѣдней и не полагалось въ числѣ факультетскихъ нредметовъ; что же касается первыхъ двухъ, то, отданные въ руки духовныхъ лицъ, эти науки были чѣмъ то въ родѣ весьма крат-