b000001761

Ь& ^«#>к 6і І»і , 'І і*» ства. не забывая при этомъ того вліяшя, какое производилъ онъ иа умы современниковъ. А чтобы эти писатели, эти всѣ культураыя явленія, отда- ленныя отъ насъ тысячавш вѣковъ, сдѣлать понят- еѣе намъ, , юношамъ второй половины XIX столѣтія, онъ нерѣдко прибѣгалъ къ сравненіямъ съ произ- веденіяии исторіи позднѣйшаго времени и сближе~ ніямъ съ явленіями дитературъ иностраннькъ, и особенно русской, чѣмъ способствовалъ и уясненію дѣла, и нообыкновенному оживленію своихъ лекцій. Читалъ онъ общій курсъ исторіи литературы рим- ской почти до самаго ея конца;, но особенно памят- ны мнѣ его спеціадьныя декціи о Персіи и ІОве- налѣ (о послѣднемъ онъ прочиталъ и двѣ блестящія публичныя лекцій), которыя вызывали интересъ тѣмъ большій, что судьба и сатиритеское содержа- ніе до нѣкоторой степени напоминали многія явле- нія нашей собственной русской жизни, обратившейся тогда къ усиленной критикѣ своего прошлаго и на- стоящаго. Изъ профессоровъ, давшихъ мнѣ, такъ сказать, болѣе иди менѣе, спеціальную подготовку къ препо- даватедьству русскаго языка и словесностіі, назову двухъ извѣстныхъ академиковъ, нынѣ уже покой- ныхъ, Александра Васпльевича Никитенко и Измаила Ивановича Срезневскаго. У перваго, пригласившаго меня давать уроки своему десятилѣтнему едпнствен- ному сыну,я часто, въ 1862 п 1863 году, бывалъ въ домѣ, бесѣдовалъ съ нямъ, былъ обласканъ его доб- рьшъсемействомъ, и, какъкажется, пользовался рас- положеніемъ покойнаго. ВторОх^іу, въ домѣ котораго я тшш^ш*^