b000001761

^TSfe 281 что въ эти годы въ учителя пошло столько хорошеи, даровитѣйшей, молодежи, — и пошло не только въ учителя школбі высшей, или средней, такъ сказать, иривіідлегированной, аристократической, но и на скудное содержаиіе, въ глушь, въ школу народную. Въ тѣ годы какъ-то не обращалось вниманія на учительскій рангъ, и на народнаго учителя смотрѣли даже съ немножко сентиментальнымъ, особеннымъ, уваженіемъ, чуть не какъ на миссіонера, отправляю- щагося съ опасностью жизни просвѣщать дикарей. Съ измѣненіемъ характера учебныхъ заведенш въ духѣ гуманности и уваженія къ личности ребенка, юноши, измѣнился и самый типъ школьника. Изъ существа забитаго, безлпчнаго, жалкаго, или отчаяннаго бурсака, онъ становится, мало по малу, личностью, сознающею свои обязанности и права по отношепію къ себѣ, товарищамъ, наставнику, въ ко- торомъ уже не видитъ врага, а иапротивъ, усматри- ваетъ близкаго друга, желающаго ему добра, и для пего же, школьника, трудящагося. Программа состав- лена, болѣе или менѣе, по силаыъ ученика, ученіе облегчено, главнымъ образоыъ, сосредоточиваясь на классной работѣ, чтобы дать болѣе временп для чте- нія, для занятій по наклоииостямъ. Самое преподава- ніе бьетъ на пнтересъ, на возбужденіе любознатель- ности, — и шкодьникъ учится уже не изъ подъ палки, не изъ страха передъ баллами, въ пользѣ которыхъ справедливо усомнились педагоги шестидесятыхъ го- довъ, почему часто пхъ почти и не ставили, a no естественной человѣку потребности знанія. А съ такими школьниками пріятно и заниыаться; и і