b000001761

JMr^" "ѵУѵ-^Оч. 195 исчезала; въ рЬчи его, въ выраженіи лица, въ же- стахъ скорѣе выказывалась рѣзкость, даже жест- кость. Но онъ тотчасъ-же «бралъ себя въ руки», какъ онъ выражадся, и опять иринималъ привычный ему, ненатуральный, тоеъ. Во время уроковъ, еа которыхъ я прпсутство- вала для собственнои пользы, я была поражена той свободой, которую онъ допускалъ въ дѣтяхъ. Онъ какъ будто вовсе не признавалъ школьной диецип- лпны, которая мнѣ казалась условіемъ sine qua non, — при сколько-нпбудь серьезныхъ занятіяхъ. Дѣти си- дѣли какъ попало, развалясь въ креслахъ или за- бравшись съ ногами на диванъ. Они приносили съ собой карманы, набитые огурцами. горохомъ, мор- ковью и другими продуктами огорода: всю эту бла- годать они грызди тутъ-же, за урокомъ, во время объяснительваго чтенія. Дѣвочка смотрѣла по сто- ронамъ, подбѣгала къ периламъ веранды, на которой происходили занятія; мальчикъ, очень разсѣянный и немного дѣнивый, слѣдилъ за движеніями сестры или тупо смотрѣдъ передъ собой, думая обо всемъ, о чемъ угодно, но не о томъ, что говоридъ учи- тель. Иногда я забывада, что вмѣшиваться въ пре- подаваніе такого педагога, какъ Резенеръ, непро- стительная безтактность, и начинала бранить нашихъ шалуновъ. Мои замѣчанія вызывалп снисходитедь- ную улыбку на лпцѣ Резенера - , порядокъ водворялея, но ненадолго». Результатомъ такой системы явилось то, что дѣти не особенно много вынесли изъ пре- восходнаго преподаванія Резенера». Но, по свидѣтельству того-же лида, занятія :sae^