b000001761

' 100 : ,,-• И' і*Ч ■ : 1 , і т •in временемъ пребыванія моего въ университетѣ, и за эти три-четыре года я прочедъ Бѣлинскаго съ вели- чайшимъ увлеченіемъ, по тому за томомъ, — всего, что называется, отъ доски до доски, постоянно дѣ- лая выписки и перечитывая многое по нѣскольку разъ. На этихъ двѣнадцати томахъ я пережилъ по- слѣдовательно, вмѣстѣ съ великимъ критикомъ, всѣ три фазы его собственнаго развитія, начиная съ ту - маннаго шеллепгизма и гегелизма, съ которыми я отчасти попутно познакомился изъ книгъ, отъ его романтизма съ прискорбньши шатаніями мысли до живаго реализма позднѣйшей трезвой критики. Вмѣ- стѣ съ Бѣлинскимъ я бранилъ Менцедя, увлекался подъ его же вліяніемъ, даже елейною исторіей древней литературы Шевырева, бредидъ народною литературою, которая въ то время съ увлеченіемъ собиралась и разрабатывалась, между прочимъ, Бу- слаевымъ, котораго Очерки пародной литературы и искусетва я также прочелъ; наконецъ, Бѣлинскій же въ своихъ послѣднихъ тоыахъ отрезвилъ меня, выведя на дорогу здравой реадьной критики, въ ко- торой и утвердили меня потомъ статьи въ Совре- менникѣ, и позднѣйшія сочиненія А. Н. Пыпина. Бѣлинскій составилъ для меня цѣлый основной ка- питалъ, такъ сказать, прочный фундаментъ всего моего литературнаго знанія и развитія. На Бѣдин- скомъ я, юноша, нереяшдъ за три-четыре года, по- слѣдоватедьно, разные иеріоды умственнаго роста; онъ, великій русскій энцикдопедистъ-популяризаторъ, далъ мнѣ цѣлую массу понятій эстетическихъ, фи- дософскихъ, обществениыхъ, нравственныхъ, кото- ь^тЫЬхгт^лк^ '%іѣш..