b000001761

ы** 'TKt'^lW чтм - 96 ш 1 .•« ш j ,f і : і^;/ ІІІІ j І fi '^ |і! общества, поражали егонеобыкновенно мягкія, изящ- ныя манеры, самый его голосъ, очень пріятнып, ла- скающій, пронпкавшш въ душу, его плавная, кра- савая рѣчь съ примѣсью французскихъ фразъ, чув- ство благороднаго сознанія собственнаго достоинства, но безъ рѣзкости и самохвальства или надутой гор- дости, всегда столь непріятныхъ собесѣдниЕу, какая- то примиритедьная гуманность въ суаіденіяхъ, и осо- бенно симпатичное отношеніе къ намъ, — молодежи, которую онъ называлъ своими друзьями (mes amis). Сколько пережилъ этотъ старикъ! — думалось мнѣ, — й какимъ славнымъ, добрымъ, изящнымъ, сохра- нился, не озлобившись, не загрубѣвъ. не потерявъ ин вкуса къ жизни, ни вѣры въ нее и въ юную Россію, фплософски относясь къ пережитому. Эта лпчность несомнѣнно оставила во мнѣизвѣстный хо- рошій слѣдъ, и сохранилась въ моей памяти полною своеобычной прелести добраго, симпатичнѣйшагоче- ловѣка, обнаруживавшаго, не смотря на все пере- житое, лучшія стороны хорошаго воспитанія. Какую-же роль игралъ этотъ человѣкъ въ круяскѣ? Старикъ посѣщалъ насъ не часто, но всякій разъ, когда онъ къ намъ являлся, его сажали на почетное мѣсто, на диванъ. передъ кругльшъ столомъ, ста- раясь всячески вызвать на разсказы о прошломъ. Изъ вышедшей съ Высочайшаго соизволенія пз- вѣстной книги барона Корфа — «Восшествіе на пре- столъ Императора Николая I» мы уже знали кое- что о декабристахъ, а разсказы объ ихъ сибирской жизни уже давно ходили въ обществѣ. И старикъ, гюдзадориваемый нашимъ внпманіемъ, много разска- »Лѵ^ **шь .шт