27 СОЧИНЕНІЯ Д. И. ПИСАРЕВА. 28 рабскпмъ терпѣніемъ и вспышками буйства, оказывалъ вредное вліяніе на нравственность правителей. Эти печальныя свойства римской черни не ыогутъ быть поставлены ей въ вину; у нея не было ни имущества, ни обезпеченнаго труда; въ городахъ вся ремесленная и фабричная дѣятельность находилась въ рукахъ рабовъ; богатые аристократы дѣлалп все, что было нужно, у себя дома; у шіхъ были сотни доморощенныхъ или купленныхъ за дорогую цѣну ремесленниковъ, поваровъ, худояенпковъ, писцовъ и ученыхъ. Надписи въ такъ называемыхъ колуабаріяхъ (соІишЬагіа —высокія и обширныя залы, въ которыхъ располагались въ нѣсколько ярусовъ урны съ прахоиъ рабовъ и вольноотиущенныхъ, служившнхъ въ важныхъ домахъ) ноказываютъ названія различныхъ должностей, который занимали рабы, служившіе господину въ городѣ. Число и разнообразіе этихъ назваіііи можетъ дать понятіе о томъ, до какой степени аристократы могли удовлетворять трудомъ своихъ рабовъ тѣмъ потребностямъ, который въ нашемъ обществѣ удовлетворяются фабричного дѣятельностыо. Фабрпкантамъ, поставлявшимъ свои продукты людямъ менѣе богатымъ, было также всего выгоднѣе покупать за незначительную цѣну молодыхъ рабовъ, обучать ихъ извѣстному ремеслу и нотомъвъ теченіе всей пхъ жизни пользоваться ихъ заработками. Мы знаеыъ положительно о подобныхъ спекуляціяхъ въ области книжной торговли. Помионій Аттикъ, другъ Цицерона, завелъ въ Ріімѣ первое значительное заведеніе для переиисыванія и продажи книгъ. Въ его мастерской работали вѣроятно цѣлыя сотни писарей и переплетчпковъ, потому что сочшіенія любимыхъ авторовъ издавались нерѣдко въ числѣ нѣсколькихъ тысячъ экземнляровъ, и кангдый экземпляръ продавался въ переплетѣ. Послѣ Помпонія Аттика, въ періодъ имнеріи, изданіемъ книгъ занимались въ самыхъ обширныхъ размѣрахъ братья Созін, издатели Горація, Атректъ, Валеріанъ ІІоллій, Трифонъ, пздавшій Марціала и Квинтиліапа, и много другихъ, имена которыхъ дошли до насъ п свидѣтельствуютъ этимъ обстоятельствомъ объ обшириости и важности ихъ преднріятій. Что въ этихъ мастерскихъ работали рабы, это почти не требуетъ доказатёльствъ. Во 1-хъ, пользоваться ихъ трудомъ было выгодно для хозяина; въ 2-хъ, писцу необходимо было извѣстнаго рода образованіе и привычка къ дѣлу; ипецы эти писали чрезвычайно скоро; Марціалъ говоритъ, что иисецъ въ 1 часъ переписывалъ вторую книгу его эпиграммъ, состоящую изъ 540 стиховъ. Они писали подъ диктовку, потому что всѣ разомъ не могли списывать съ небольшого числа экземнляровъ еще непзданнаго сочиненія. Стало быть, эти писцы должны были писать четко, скоро и правильно, и потому это дѣло никакъ не могло быть довѣряемо вольнымъ иодепщикамъ. Надо было, чтобы будущій нисарь иробылъ нѣсколько времени въ ученіи, и потому всего удобнѣе было для издателя книгъ обучить этому искусству собствепныхъ рабовъ, которые не могли оставить произвольно его мастерскую и, выучившись скорописи, перейти къ кому-нибудь изъ его конкуреитовъ. Итакъ, вотъ какое вліяніе оказывало рабство на ііпзшіе классы: оно вытѣсннло сначала мелкихъ земледѣльцевъ, потомъ вольныхъ арендаторовъ (соіопі), доставпвъ богачамъ средства обработывать съ значительною выгодою обширный пространства земли, составлявшія ІаііГшкііа. Въ городахъ, п особенно въ Рпмѣ, рабство если не совершенно вытѣснило, то по крайней ыѣрѣ значительно стѣснило ремесленную дѣятельность свободныхъ людей. Составляя почти исключительную принадлежность рабовъ, эта дѣятелыюсть навлекла на себя презрѣніе свободныхъ сословій, презрѣніе, отъ котораго не умѣли отдѣлаться самые сильные умы древности: Платоиъ, Аристотель, Ціщеронъ и Тацнтъ. Трудно было вольному плебею найти себѣ работу, и, когда опъ ее находилъ, она не давала ему ни выгоды, ни почета. Мы уже видѣли выше, какпнъ образомъ Варронъ и Колумелла, писавиііе свои тооріп для богачей, потому что только богачи могли возвышаться до теоріп, совѣтуютъ прилагать къ дѣлу вольный трудъ въ сельскомъ хозяйствѣ. Для низшаго класса оставались еще нѣкоторыя низшія общественный должности, который, несмотря на существованіе многочисленнаго класса государственныхъ рабовъ (зегѵі риЫісі), исправлялись большею частью свободными гражданами. Плебеи служили ликторами, герольдами, трубачами и общественными писарями. Изъ нихъ же было много консуловъ, иреторовъ и т. д. Должность послѣдняго рода занималъ, какъ извѣстно, Горацій; онъ вспоминаетъ о ней въ сатирахъ, следовательно она не считалась унизительной и рабской. Конечно, количество этихъ должностей было такъ ограничено, что предоставленіе ихъ свободнымъ людямъ не могло произвести чувствительнаго измѣненія въ положеніи рнмекаго плебейства. Чѣмъ занималась бездомная масса, какъ она жила, трудно себѣ представить. 8а(:ігісоп Петропія, въ которомъ онъ выводить приключенія образованнаго гражданина Энколпія и его друзей, ясно иоказываетъ, что бродяжничество, воровство и часто насильственный грабежъ были въ порядкѣ вещей, никого не удивляли и не казались страшною крайностью для того, кто на нихъ пускался. Изъ Сатирикона видно, что можно было украсть, ограбить и остаться порядочнымъ человѣкомъ. На другой день послѣ отчаянной продѣлки, къ которой его вынудило безденежье, Энколній обѣдаетъ у богача Трималхіона и съ одинаковымъ добродушіемъ разсказываетъ читателю о томъ, какъ онъ обокралъ ко-
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4