467 СОЧПНЕНІЯ Д. II. ПИСАРЕВА. 468 образомъ подать поводъ къ новылъ выбораыъ. Это мнѣпіе не было принято на томъ основаніи, что новые выборы могли быть выгодны для министерства и что классъизбирателейвъ своихъ ынѣніяхъ можетъ расходиться съ инѣніяыи п потребностями націи. Поэтому оипозпція рѣшилась оставаться въ парламентѣ до послѣдней крайности, заявлять свое несочувствіе къ администратпвнымъ распоряженіямъ при всякомъ удобномъ случаѣ и продолжать мирную агптацію всѣми законными средствами, не обращая никакого вяпманія на ренрессивпыя мѣры миннстерскаго произвола. Борьба была начата, и выписанная мною декларація, появившаяся 14-го февраля въ журналахъонпозиціи, можетъ быть названа публичныиъ и торжественнымъ объявленіемъ войны между прогрессивной оппозиціей и упорио-консерватпвнымъ министерствомъ Гизо. Рѣшепо было устроить по подппскѣ обѣдъ на 1,000 человѣкъ, отправить къ сборному мѣсту процессію, не позволять себѣ во время шествія по улицамъ никакого возбуждающаго крика, потомъ за обѣдомъ предложить тосты за право собранія и за парламентскуюреформу и наконецъразойтисьвъ совершенномъпорядкѣ, не нарушая ничѣзіъ сіюкойствія города и не давая нолнціи никакого повода вмѣшпваться въ эту гражданскую демонстрацію. 18-го февраля комиссія, составленная пзъ трехъ депутатовъ, трехъ членовъ центральнаго комитета п трехъ члеиовъ комитета 12 округа, опредѣлила всѣ подробности будущаго обѣда п назначила день—вторпикъ, 22-го февраля. 19-го февраля депутатыоппозпціп собрались еще разъ, взвѣсили свое иоложеніе, обсудили своп обязанностивъ отиошеніи къ своимъ избирателямъ п къ французской націп, разочли возможный послѣдствія предположеннойдемонстрацін я опредѣлилп окончательно свой образъ дѣйствіп на ближайшее будущее время. 20-го февраля всѣ журналыоппозпціп напечатали статью, извѣщавиіую читателей о результатахъ сходкп 19-го февраля; въ этой статьѣ было сказано, что депутатырѣшились протестовать «великпмъ актомъ легальнаго соиротпвлепія протпвъ мѣры, нарушающей принципы констнтуціи и самую букву закона». Этотъ актъ легальнаго сопротивлепія будетъ состоять въ томъ, что 22-го февраля всѣ члены опнозиціи массою отправятся къ мѣсту, назначенному для обѣда. «Парижъ, говорить дальше эта статья, часто предирииимаетъ героическія усилія п производить великія революціп. Ему предстонтъ теперь дать народамъ другой примѣръ; ему предстоитъ показать, что въ свободныхъ странахъснокопствіе п твердость гражданина, уважающаго законъ и защищающаго свое право, составляютъ самую неиобѣдимую и самую величественную сплу націп». Далѣе, «депутаты расчптываютъ слѣдовательно на сочувствіе и на содѣиствіе всѣхъ добрыхъ гражданъ, которые съ своей стороны могутъ расчитывать на неутомимую преданность п непоколебимую рѣшимость депутатовъ». Накопецъ статья эта объявляетъ, что уже 80 депутатовъ подписали прпглашеніе компссаровъ 12 округа. Министры, выражавшіеся такъ рѣзко протпвъ права собранія, были поставлены въ затруднительное положеніе. Допустить обѣдъ 22 февраля —значило признать себя иобѣжденными; помѣшать ему—было опасно: полпцію могли не послушать, и дѣло могло дойти до вмѣшатёльства войска и до серьезнаго кровоиролитія. Король, Гпзо и Гебертъ не отступали иередъ этими крайними мѣрами; они полагали, что легкая побѣда надъ уличиымъ иятежомъ упрочитъ господство консервативной политики п окончательно слозштъ и равсѣетъ элементы оппозпціп какъ въ парлаыентѣ, такъ и въ народѣ вообще. Дюшатель п другіе члены кабинета не хотѣли доводить дѣло до драки и готовы были помириться съ оппозиціей на взанмныхъ уступкахъ. Послѣднее мнѣніе превозмогло, и министерство назначило двухъ преданныхъ депутатовъ, чтобы уладить дѣло переговорами; оппозиція согласилась па пѣкоторыя уступки, и послѣ долгихъ совѣщаній обѣ стороны сошлись на слѣдующей программѣ дѣйствій. Рѣшено было, что депутаты и вся сопровождающая пхъ толпа дойдетъдо назначеннагомѣста, не нарушая спокойствія города; у дверей залы пхъ встрѣтптъ иолпцейскій комиссаръ, который пменемъ закона запретитъ пмъ входить; члены процессіи вондутъ, не смотря на запрещеніе, и займутъ свои мѣста. Еоыиссаръ на мѣстѣ засвидѣтельствуетъ нарушеніе, потребуем, чтобы собраніе разошлось, и скажетъ, что въ случаѣ надобностионъ употребитьсилу. Одилонъ Варро произнесетъ рѣчь иротпвъ злоупотреблеиія власти, объяснить цѣль всей демонстрацін и объявить наконецъ, что онъ покоряется силѣ п оставляетъ за собой право повести дѣло судебпымъ порядкомъ; тогда депутаты разойдутся и употребить свое вліяніе, чтобы убѣднть толпу разойтись безъ шума. Правительство поддержало бы такимъ образомъ свое достоинство, а оппозиція показала бы съ своей стороны свое значеніе, потому что по ея призыву граждане всѣхъ сословій произвели бы мирную демонстрацію. Это я говорю, становясь на точку зрѣнія правительства и парламентскпхъдоктринеровь; конечно можно было бы замѣтить, что и тѣ, п другіе хлопочутъ щъ-за пустякова, и гонятся за пустыми формальностями. Допуская процессію, правптельстіГо ^сетаки обнаруживало свою слабость; соглашаясь разойтись ио требованію полпцейскаго комиссара, депутаты оппозпціи все-таки фактически
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4