321 ПЧЕЛЫ. 322 п уыѣетъ владѣть имъ; каждый солдатъ этой націонадьной гвардіп воодушевленъ патріотическпмъ чувствоыъ, выражающимся въ самой пламеннойненавистикъ шмелямъ, осамъ и даже пчеламъдругихъ ульевъ; если въ улей вздумаетъ влетѣть какой-нибудь неосторожныйили дерзкій инонлеменнпкъ, то ему придется очень плохо: на него бросятся сотнпрабочихъ пчелъ, пуская въ ходъ и челюсти, п жало; путешественникъ будетъ ненремѣнно убитъ, и тѣло его, на страхъ другимъ, будеть выброшено за предѣлы улья. Въ одпомъ ульѣ бываетъ до 20,000 рабочихъ нчелъ, и несмотря па то, пчелы не ошибаются и не прпнимаютъ въ свое общество гражданина другого улья. Обмѣнпвается ли влетающая пчела условленнымизнакамисъ тѣми пчелами, которыя сторожатъ входъ въ улей—рѣшить мудрено, но достовѣрно то, что обитатели двухъ сосѣднихъ ульевъ не ыогутъ посѣщать другъ друга, и что каждый улей съчисто-кптайскпмъупорствомъ ограждаетъ своп доыашнія дѣла отъ постороннихъ взоровъ. Но есть средство уничтожить родовую ненависть между пчелами разпыхъ ульевъ; стоить только побросать ихъвсѣхъ въ воду; пчелы ошалѣютъ и нотеряютъ сознаніе; нослѣ этого ихъ вылавлпваютъ и кладутъ на солнце. Мало по малу онѣ обсыхаютъ и нриходятъ въ себя; утопленникиначипаютъдвигаться, раснравляютъ лапки и крылья, потягиваются и стараются помочь своими заботами товарищамъ, еще не проснувшимся нвъ продолжительнойлетаргіи. Послѣ этого общаго несчастія національпая вражда оказывается забытою, и пчелы двухъ ульевъ могутъ быть посажены въ одно номѣщеніе и общими силами приняться за построепіе сотовъ и воспитывапіе молодого поколѣнія. Сколько намъ нзвѣстно, вода является лѣкарствомъ протпвъ національпыхъ антипатій только у нчелъ; подѣйствуетъ ли она такимъ же чудеснылъ образомъ на гражданъ двухъ враждующихъ государствъ, этого нельзя сказать навѣрное, по недостатку ноложительныхъ опытовъ. Не мѣшаетъ нрп этомъ замѣтпть, что и па пчелъ вода окажетъ свое благодѣтельное дѣйствіе только въ томъ случаѣ, если королева одного изъ ульевъ будетъ убита; если же обѣ королевы вмѣстѣ будутъ брошены въ воду, то онѣ начнутъ враждовать между собою тотчасъ послѣ того, какъ къ ннмъ возвратится сознаніе; къ каждой изъ нпхъ пристанетътолпарабочихъ, и сильнѣйшая нартія выгопптъ слабѣйшую изъ улья; послѣ этой схватки прежняя вражда возобновится съ новой силой, впредь до новаго купанья. Нѣмцы въ пѣкоторыхъ отпошеніяхъ похожи на пчелъ; въ Германіп, у себя дома, онп большею частью ноддерживаютъмелкіе, мѣстпые интересы отдѣльныхъ государствъ. Уроженцы Баваріи, Виртемберга, Вадена, Ганновера, какогонибудь Липне-Шаумбурга или ГогенцоллернъСОЧ. Д. И. ПИСАРЕВА, Т. II. (4 ИЗД.). Зигмарпнгена смотрятъ другъ на другакакъ на пностранцевъ и толкуютъ, каждый для себя и про себя, объ отдѣльной родинѣ н о своемъ особенномъ натріотпзмѣ; но тѣ же граждане разлнчныхъ нѣмецкихъ ульевъ ѣдутъ за море, поселяются въ Американскихъ Штатахъ, и тутъ, но единству языка, привычекъ и воззрѣпій, начипаютъ замѣчать, что между ними много общаго, что всѣ они—нѣмцы и могутъ симпатизировать другъ другу, не обращая никакого вниыанія на разныя территоріальпыр педоразумѣнія и династическія соперничества. Переѣздъ черезъ Атлантическій океанъ замѣняетъ, какъ видите, благодѣтельное купанье нчелъ. Главная и почти единственнаяцѣль дѣятельности у рабочихъ нчелъ заключается въ восиитанін молодого иоколѣнія. Ихъ уваженіе къ ничтожной личности королевы и ихъ терпимость къ праздной прожорливоститрутнейобъясняется тѣмъ^что въ королевѣ онѣ впдятъ единственную свою надежду, будущую мать всего потомства, а на трутней смотрятъ, какъ на ея пеобходпмыхъ сотруднпковъ и слѣдовательно какъ па неизбѣжное зло, безъ котораго не можетъ держаться ихъ государственная система. Личность кормилицъ, выбраниыхъ изъ рабочихъ пчелъ, находится въ ночетѣ; кормилицы избавлены отъ обязанности вылетать изъ улья и добывать себѣ иропитаніе; ихъ кормитъ государство; ихъ уважаютъ и лелѣютъ, несмотря на ихъ физическую хилость и слабость, другія пчелы. Если мы посмотрнмъна общество людей, если мы предложимъ себѣ вопросъ о значеніи педагога въ государствѣ, въ обществѣ и семействѣ, то намъ придется сознаться, что пчелы лучше насъ нопимаютъ важность воспитапія. Но палъ тоже не слѣдуетъ слишкоыъ увлекаться добродѣтелями пчелъ; представьте себѣ, что вы живете на бѣломъ свѣтѣ только затѣмъ, чтобы воспитывать вашеге сына, вашъ сынъ живетъ только затѣмъ, чтобы воспитывать вашего внука и т. д., каждое отдѣльное поколѣніе сначала готовится къ жизни, нотомъ готовитъ къ пей другихъ, а жить то когда же? И для чего же готовить другихъ къ тому, чѣмъ имъ не придется пользоваться? Пчелы очень хорошо поступаютъ, обращая свое заботливое вниманіе на благодепствіе молодого поколѣнія, но кастрировать себя во имя своего потомства, для того чтобы это потомствовъ свою очередь оскопляло себя для будущаго нокодѣнія —это, воля ваша, безобразно, и въ этомъ отношеніи мы все-таки не такъ глупы, какъ пчелы. Всего смѣшнѣе въ жизни пчелъ то, что онѣ вѣроятно полагаютъ, будто ихъ самоотверженіе велико и возвышенно, будто онѣ жертвуютъ собой, чтобы доставить всѣмъ другимъ счастье и наслажденіе, а па самомъ дѣлѣ выходитъ, что ихъ трудамии страданіямп пользуются только трутни да матка, т. е. самая безиолезная, пустая и недобросо11
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4