b000001647

И допетровские культурные центры опирались не толь- ко на политическую независимость; скорее сама она была производной из других сил и условий. Географические осо- бенности, своеобразия в организации народного хозяйства давали более устойчивые основы культурному обособлению. Но ведь они сохраняли свою силу и властность и в новое время, и их новые сочетания могли вейти и к новообразова- ниям областной культуры. Из изучения карт областной культуры во Франции в упомянутом издании «Ьез роёіез сіи Теггоіг» явствует, как литературные деятели с принудительностью распределяются по местностям у больших рек, портов, крупных путей со- общения. То же самое следует сказать и о России. И у нас не только и не столько политическая независимость, сколько хозяйственная жизнь создавала культурные гнезда или их разоряла. Поэтому открытие железной дороги, но- вых промыслов или фабрик могло в корень изхменить куль- турную жизнь данной местности. Пароходство по Оке и Волге, всероссийская ярмарка и Сормовские заводы дали в XIX веке мощность Нижнему и без политической незави- симости. В послепетровское время выживают в исторической борьбе некоторые старые областные гнезда: Ярославль, Архангельск, Тверь, Киев. Но возникают и новые, дотоле безвестные: Саратов, Иркутск, Одесса, Воронеж, Харьков. В столичную, общерусскую культуру они время от времени высылают своих представителей. Ломоносов пришел из Хол- могор, Волков и Дмитревский — из Ярославля, Чернышев- ский — из Саратова, Добролюбов и Горький — из Нижнего, Кольцов и Никитин — из Воронежа. Иногда такие выходцы из областей занимают в столичной культуре крупное, руко- водящее положение, как Ломоносов, Чернышевский. Все знают это, но мало кто осознает. Факт признается вяло, безотчетно. Между тем, чтобы осмыслить появление и роль таких деятелей в общерусской культуре, необходимо из- учить гнезда, в которых они воспитывались. Приэтом, однако, быстро выяснится, что подобные разы- скания имеют не только служебное значение — для осмысле- 2* 19