Л. С. ПУШКИНЪ ВЪ РЯДУ ВКЛИКИХЪ поэтовъ. 225 лому ряду правмтельствъ, и своими литературными произведеніями, преимущественно двумя романами (о Дельфинѣ" и „Кориннѣ"), въ которыхъ выдвигала права и новый тинъ женщины, и своею критическою дѣятельностію, которою обращала родную французскую литературу къ меланхоліи, мистицизму и глубинѣ содержанія литератур ь германскихъ, указывая вообще на коренные вопросы литературной критики и много содѣйствуя обновлепію послѣдней. Для насъ, русски^ъ, М-те (іе Зіасі представляла особый интересъ. Если не считать иріятелей Екатерины II, Вольтера и энциклопедистовъ, М-гае (іе 8Ьаё1 была начинателышцею любовнаго отношенія французовъ къ намъ. В,) время своихъ странствованій по Европѣ она посѣтила Россію, уловила многія особенности русской жизни, оцѣнила значеніе русскаго мужика ^ и тепло отзывалась о многомъ русскомъ 2). Она являлась одною изъ первыхъ провозвѣстниковъ того сближенія съ Россіей, которое неоднократно было проповѣдуемо и потомъ въ одиночку иными французами. Всѣ эти черты дѣятельности М-те сіе ЗЬаёІ не прошлч безслѣдно для Пушкина. Онъ вѣдь принадлежалъ къ тѣмъ людямъ, которые ее понимали, для которыхъ блестящее замѣчаніе, „сильное движеніе сердца, вдохновенное слово никогда не потеряны" 3). Онъ оцѣнилъ по достоинству эту „необыкновенную, славную женщину, столь же добродушную, какъ и геніальную", ея „умъ и чувства" 4 ), политическую дѣятельностьі 5), ея отстаиваніе полноты правъ женщи- ') Пушкипъ вспоминаетъ объ этомъ иосіидеиіи въ „Рославлевѣ^ IV, 113); „...она впдѣла нашъ добрый, простой народъ, ц понимаетъ его" іг проч. -си. выпіе. 2 ,і V, 23: „Читая ея книгу І)іх апз (І'ёхі1, можно видѣть лсио, что тронутая ласковымь нріемомъ русскпхъ боярь, она не высказала всею, что бросилось ей въ глаза. Не смѣго въ томь укорять краснорѣчіівую, благородную чужеземку, которая первая отдала полную справедливость русскому народу, вѣчному предмету невѣжественной клеветы писателей инострашшхъ. Эта снисходительность, коу * * торую не смѣетъ иорицать авторъ рукописи, именно п составляетъ главную прелесть той части книги , которая посвящена оиисанію нашего отечества. Г-жа Сталь оставила Россію, какъ священ иое убѣжпще, какъ семейство, въ которое она была принята съ довѣрениостью п радушіемъ. Исполняя долгъ благороднаго сердца, она говорить объ насъ съ уваженіемъ и скромностью, съ полнотою душевною хвалитъ порпцаетъ осторожно, не выноситъ сора изъ избы 1'. 3 ) IV, 113. 4 ) ІЬісІ. 5 ) V, 24: „... удаленная отъ всего милаго ея сердцу, семь лѣть гонимая дѣятельнымъ десиотизмомъ Наполеона, принимая мучительное участіе въ политическомъ состояніи Европы".... IV, 113: „....десять лѣтъ гонимая Нанолеопомъ, благородная
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4