463 СОЧИНЕНІЯ Д. И. ПИСАРЕВА. 464 обломки судовъ и оружіе шестнадцатаго вѣка, но во всемъ озерѣ не нашлось ни одной человѣческой кости. Неправдали, какъ остроумно было бы придаватьэтому отрицательномудоказательству значеніе серьезнаго аргумента? А геологъ, приводящій какое бы то ни было отрицательное доказательство, никогдане можетъбыть увѣренъ въ томъ, что онъ непопадаетъвъ такойже точно просакъ. Въ Сѣверной Франціи, въ долинѣ Соммы, въ дилювіальныхъ или намывныхъпластахъ рядомъ съ костями мамонтовъ и другихъ угасшихъ животныхънайденомножествокремпевыхъ орудій самой грубой работы. Кто дѣлалъ эти топоры и ножи?—Люди, современные мамонту. А гдѣ кости этихъ людей?—Костей нѣтъ. Но что же изъ этого слѣдуетъ? Да ровно ничего не слѣдуетъ. Надо ждать, пока найдутся кости. Подождали. И дѣйствительно, въ топ же самой формаціи отыскалась человѣческая челюсть. Ну, а если бы эта челюсть ненашлась, тогда что?-—• И тогда ничего бы не воспослѣдовало. Все-таки топорыи ножи не могли обтесаться сами собою, и мамонтытакжеихънемоглиобтесать, значитъ, присутствіе илиотсутствіе человѣческихъкостей нисколько не измѣняетъ сущности дѣла. Очень пріятно, если человѣческія кости найдутся, потому что тогда можно будетъ сдѣлать кое-какія закдюченія объ анатомическомъ строеніи этого первобытнаго племени, но, хоть бы не осталось ни одной человѣческой кости, все-такисуществованіе человѣкавъ эпоху мамонтовъ оказывается несомпѣннымъ и неопровержимымъ фактомъ. «Между тѣмъ, —говоритъ Ляйелль,' —отсутствіе всякаго слѣда костей, припадлежащихъ народопаселенію, оставившемустолько готовыхъ и неоконченныхъ орудій, представляетъ поразительный урокъ относительнотого значенія, которое мы должны придавать этимъ отрицательнымъ доказательствамъ,приводимымъ въ пользу несушествованія нѣкоторыхъ классовъ земныхъ животныхъ въ данную эпоху прошедшаго. Это— повое и замѣчательное доказательство крайпягонесовершенстванашихъгеологическихъданныхъ, —несовершенства, о которомъ далее тѣ, которые постоянно работаютънаэтомъпоприщѣ, съ трудомъ могутъ составить себѣ вѣрное понятіе» (стр. 135). «По нашему незнанію геологіи иныхъ странъ, кромѣ Европыи СоединенныхъШтатовъ,—говоритъ Дарвинъ,-—и по тѣиъ переворотамъ въ нашихъгеологическихъвоззрѣніяхъ, которые произошли отъ открытій послѣднихъ двѣнадцати годовъ, мнѣ кажется, что мыимѣемъ столько же права дѣлать общіе выводы о носдѣдовательномъ появленіи организмовъназемномъ шарѣ, сколько имѣлъ бы натуралистъ,посѣтившій напять минутъ пустынный берегъ Австраліи, право разсуждать о количествѣ и свойствѣ ея естественпыхъ произведеній» (стр. 242). «Развивая метафору Чарльза Ляйелля, —говоритъДарвинъвъдругомъмѣстѣ, —я считаюнашу геологическуюлѣтопись за исторію міра, веденную непостояннои написаннуюнаизмѣнчивомъ нарѣчіи. Изъ этой исторіи намъ доступенълишь послѣдній томъ, относящійся къ двумъ-тремъ странамъ. Изъ этого тома лишь тамъ и самъсохранилась краткая глава и изъ каждой страницы—лишь нѣсколько безевязныхъ строкъ» (стр. 246). Такимъ образомъ для насъ становится ясной та истина, чтогеологіяне имѣетъ никакогоправа и ни малѣйшей возможности произноситьнадъ теоріей Дарвина въ ту или въ другую сторону окончательный приговоръ. Мы должны только разсмотрѣть вопросъ, примиряются ли съ теоріей Дарвина тѣ немиогіе положительные факты, которые составляютъ прочное и неотъемлемое достояніе современной геологіи. П. Рыбы появляются въ первый разъ въ девонскихъ пластахъ,припадлежащихъкъ первичной, то есть къ древпѣйшей формаціи. Прежде всѣхъ другихъ рыбъ появляются такъ называемыя ганоидныя рыбы, которыхъ число и разнообразіе постоянно увеличиваются и. наконецъ, достигаютъ высшей степениразвитія въ юрскихъ пластахъ, составляющихъ средину вторичной формаціи. Затѣмъ въ мѣловыхъ елояхъ, лежащихъ надъ юрской почвой, ганоиды начйнаютъ слабѣть и исчезать; этотъ постепенный упадокъ возрастаетъ въ третичныхъ пластахъ, и, наконецъ, въ настоящее время порядокъ ганоидныхъ рыбъ, наполнявшій своими разнообразнымипредставителями всѣ воды юрскаго періода, заключаете въ себѣ всего семь родовъ, живущихъ только въ немногихърѣкахъ, гдѣ борьба за существованіе не такъ сильна, какъ въ морѣ. Такая строгая постепенностьвъ появленіи, въ размноженіи и въ вымираніи нородъ находится въ полномъ согласіисътеоретическимитребовапіями Дарвина. Но рыбыдругого порядка, костистыя, въ этомъ отношеніи ведутъ себя совершеннонеприлично. Онѣ появляются внезапноцѣлой группой видовъ и родовъ въ нижнихъ ярусахъ мѣловой эпохи. Вотъ видите, говорятъ Агассизъ, Никте, Седжвикъ и другіе палеонтологи, видите; онѣ появляются внезапно. Гдѣ же ихъ постепенное развитіе? Значитъ, онѣ всѣ вдругъбыли созданы въ началѣ мѣлового періода. И совсѣмъ не «значитъ». Тутъ опять пушено въ ходъ отрицательное доказательство, и мы должны строго разграничить область дѣйствительпыхъ фактовъ отъ области произвольныхъ толкованій и предположеній. Въ чемъ состоитъголый фактъ? Въ томъ, что многія породы костистыхърыбъ жили во время мѣлового періода и оставили свои кости ислѣдывъмѣловой формаціи. Затѣмъ начинаются предположенія, противъ которыхъ Дарвинъ, съ своей точки зрѣнія, можетъ выставить много
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4