333 ПРОГРЕССЪ ВЪ МІРѢ ЖИВОТНЫХЪ и РАСТЕНІЁ. 334 димо разсмотрѣть и изучить сначала дѣйствіе законовъ природы въ малыхъ размѣрахъ, въ упрощеняыхъ форнахъ ивъ ограниченныхъсферахъ. Превращеніе доиашнихъпородъ относится къ превращеніямъ дикихъ породъ, какъ искры электрической машины относятся къ удараыъ настоящаго грома. Изучать различныя свойства электричества гораздо удобнѣе въ физическомъ кабинетѣ, чѣиъ подъ открытымъ небомъ, вонервыхъ, потому, что не мокнешь подъдождемъ, а во-вторыхъ, потому, что нерискуешь подвергнуться участи профессора Рихмана, который, какъизвѣстно, быдъ убитъгромомъ въпрошломъ столѣтіи во время своихъ наблюденій надъ атмосфернымъ электричествомъ. Такъ точно и въ дѣлѣ Дарвина. Тутъ даже нѣтъ никакойвозможности дѣлать прямыя наблюденія надъ дикими породами. Надо имѣть постоянно передъглазами изучаемую породу, надо слѣдить за ея видоизмѣненіями въ теченіе нѣсколькихъ и даже многихъпоколѣній; а какътолько вы поставитедикое животное въ такое положеніе, въ которомъ можете постоянно слѣдить за нимъ, такъ оно очевидно перестанетъбыть дикимъ и сдѣлается иди плѣннымъ животнымъ, или ручнымъ. Левъ въ клѣткѣ—что жъ это за левъ? И какіе же общіе выводы можно основать на такихъ наблюденіяхъ, при которыхъ наблюдаемый предметъ насильственновырванъ езъ своей естественной сферы и поставленъвъ совершенно ненормальное положеніе? Да если бы даже вы и захотѣли дѣлать тутъ какіе-нибудь выводы, такъ и дѣлатьто ихъ не изъ чего, потому что запасъфактовъ будетъ очень скуденъ. Поэтому, если натуралпстъхочетъ изучать вопросъо типахъ, о разновидностяхъ, о законахъ наслѣдственности, о возможныхъразмѣрахъ индивидуальнагоразнообразія, то онъ долженъ съ полнымъ смиреніемъ обратиться къ тому богатому запасу практическаго опыта, который собрапъ у скотоводовъ, у заводчиковъ, у садовниковъ, у огородниковъ и у разныхъ другихъ скромныхъ двигателейматеріальнаго благосостоянія. У этихъ людей нѣтъ обобщающаго взгляда, но сырыхъ фактовъ пропасть, и умѣнье ихъобращаться съживымъ матеріаломъ доходитъ до изумительнаго совершенства, конечно только въ тѣхъ странахъ, гдѣ сельское населеніе не задавлено бѣдностыо и гдѣ различныя отрасли сельскаго хозяйства не ведутся на авось. Въ Англіи и въ Германіи есть знаменитыескотоводы, которые въ теченіе одной человѣческойжизнипроизвели очень обширныя измѣненія вънѣкоторыхъ породахъ быковъ и барановъ. «Можно подумать,—говоритъ лордъ Сомервиль, —что они нарисовалиидеальнуюформу и нотомъдали ейжизнь». Онидѣйствительно смотрятъ на животное, какъ на кусокъ глины, изъ которой, нри нѣкоторомъ умѣньи, можновылѣпить самую красивую, самую полезную или самуюуродливую статую. Д этотъвзглядъ основанъ дѣликомънапрактическомъопытѣ, потому что, какъ только этигоспода пускаются въ теоріи, такъ они становятся чрезвычайно робкими. Они самиизмѣняютъ фигуру своихъ животныхъ, но- въто же время онирѣшительно отказываются вѣрить, что^ напримѣръ, короткорогіе быки произошли отъ длиннорогихъ. Они видятъ и понимаютъ только то, что самидѣлаютъ; поэтому когда этиневѣрующіе практикиговорятъ о превращеніяхъ, то имъужеможновѣритьбезусловно. Одинъ изъ этихъ практиковъ, Джонъ Себрайтъ, говоритъ, что онъ въ три года берется создать для голубя какой угодно цвѣтъ перьевъ; а въ шесть лѣтъ онъ можетъ переработатьголову и клювъ. Вся хитрость состоитъ тутъ въ томъ, чтобы умѣть выбрать самца и самку и чтобы повторять эту операцію съ одинаковымъ искусствомъ для второго, для третьяго поколѣнія и такъ далѣе. Этотъпринципъсистематическаго выбора произвелъ и до сихъ поръ производитъ всѣ превращенія нашихъ домашнихъ животныхъ и хозяйственныхърастеній. Но выбирать вовсе не такъ легко, какъ это можетъ показаться съ перваго взгляда. Вѣдь тутъ дѣло не въ томъ, чтобы распознать и отдѣлить одну отъ другой двѣ явственнообозначенныя породы; в невътомъ, чтобы отстранить отъ завода уродливыхъ субъектовъ; это только самая простая и чисто отрицательная часть задачи, и Дарвинъ, не имѣющій понятія о тайнахънашегорусскагоскотоводства, утверждаетъдаже съ полнымъубѣжденіемъ, что не существуетъ такихъ безалаберныхъ людей, которые позволилибыразмножатьсясамымъ плохимъ экземплярамъсвоего стада. Неположительная сторона дѣла оказывается несравненно болѣетрудной. Глазъ скотоводадолженъподмѣтить каждуюзарождающуюся особенность, чтобыуничтожить ее въ самомъ началѣ, если она можетъ сдѣлаться вредной, или чтобы развить и воспитать ее въ будущихъ поколѣніяхъ, если она можетъ принестипользу. Въ Саксоніи, гдѣ процвѣтаетъ тонкорунное овцеводство, умѣнье изучать и разематриватьбарановъпревратилосьвъ науку и въ искусство. Есть тамътакіеспеціалистыпочастибаранозѣдѣнія, которыхъ владѣльцы стадъприглашаютъ наконсультаціи и которымъ платятъ за совѣты очень порядочныя деньги. Три раза въ годъ каждаго барана ставятъ на столъ, барановѣдъ изучаетъ его во всѣхъ подробностяхъ,какъкартину, отмѣчаетъ изаписываетъ его въ особенную категорію, и ватѣмъ толькосамыебезукоризненныебараныпризнаются достойныминаслаждатьсясчастьемъвзаимной любви. Несмотря навсѣ эти хлопотыи издержки, хозяинъ остаетсявъ болыпомъ барышѣ, потому что бараныдействительновоплощаютъ въ себѣ идеалъ бараньяго совершенства, а всякое совершенство, при умѣаьи имъ пользоваться, даетъ значительныйдоходъ. Но не всякій желающі
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4