b000001510

БВСѢДА СЪ ЯКОВЛКВЫМЪ. 277 питый стаканъ нунша. При входѣ моемъ онъ нѣсколько привсталъ и указалъ мнѣ мѣсто возлѣ себя, примолвивъ довольно сухо; <милости просимъѵ. Я сѣлъ и ожидалъ отъ него какого-нибудь вопроса, чтобъ начать разговоръ; но онъ молчалъ, вѣроятно ожидая отъ меня перваго слова. Наконецъ, подумавъ, что я пришелъ къ нему не въ молчанку же играть, я рѣшился прекратить это смѣшное безмолвіе. «Не помѣшалъ ли я вамъ?> спросилъ я его, «вы что-то читали?> — <Д9.>, отвѣчалъ онъ, перелистывая книгу; «а передъ тѣмъ читалъ другую, Плутарха. <1п ѵагіешіе ѵоіаріав», сказалъ я. — «А это что значить? > - «Въ разнообра- зіи наслажденіе>. Яковлевъ посмотрѣдъ на меня и вдругъ спросилъ: «а вы знаете по-латини?> -— «Немного знаю>, отвѣчалъ я, «но лучше знаю по-славянски» — «Не въ семинаріи ли учились?» — «Нѣтъ, дбма и въ Московскомъ университетѣ > . — «Иванъ Аѳанасьичъ, помните, сказы- валъ на репетиціи, что вы написали трагедію > . — «Написалъ и, кажется, очень плохую». Яковлевъ опять очень выразительно посмотрѣлъ на меня. «Какъ же плохую? Иванъ Аѳанасьичъ при васъ же говорилъ, что въ ней есть стихи очень хоропііе. > — «Въ томъ-то и бѣда, Алексѣй Семенычъ, что одни стихи не составляютъ трагедіи, и я, къ сожалѣнію, догадываюсь о томъ поздно >. — «Странно!» - «Ничего не странно, Аде- ксѣй Семенычъ; согрѣшивъ, лучше поскорѣй покаяться, чѣмъ упорство- вать въ своемъ заблужденіи. » — «Да вы, я вижу, большой чудакъ! Не хотите ли пуншу?» — «Давайте пуншу; я мало пью, но съ вами выпью стаканъ съ удовольствіемъ». Яковлевъ какъ будто оживился и громко закричалъ; «Семеніусъ!» Вошелъ слуга толстый и неуклюжій. «При- неси пуншу! Да вы какой .зюбите, слабый или покрѣпче?» «Все равно, какой подадутъ, такой пить и буду.» — іНу, такъ это значитъ: по- крѣпче». — «Пожалуй хоть покрѣпче». — «А были ливы В7> Донскомъ?» — «Былъ и отъ души любовался вами: пдакалъ какъ дуракъ и неистов- ствовалъ вмѣстѣ съ другими отъ восторга. Не хочу говорить вамъ комплиментовъ: вы не нуждаетесь въ нихъ; но долженъ сказать, что вы превзошли мои ожиданія. Я восхищался Шушеринымъ и Плавидь- пі,иковымъ въ роли Эдипа; но въ роли Димитрія вы совершенно ов.іга- дѣли всѣми моими чувствами».— - «Такъ вы видѣли Эдипа? Я не люблю роли Тезея и всегда играю ее съ неудовольствіемъ». — «Я это замѣ- тидъ». — «Какъ замѣтили?» — «Да такъ. Вы играли ее, чт5 называется, куды зря, и я не могъ предполагать, чтобъ актеръ съ вашими сред- ствами и съ вашей репутаціей могъ играть такъ небрежно безъ осо- бенной причины. » — «Да вы, я вижу прозорливы. А который вамъ годъ?» — «Осьмнадцатый въ исходѣ». — «А на видъ старше». — «Много прочув- ствовалъ, Алексѣй Семенычъ». — «Не бойсь, были влюблены?» — <Былъ и есть». Яковлевъ глубоко вздохнулъ и залпомъ осушилъ свой стаканъ