b000001510

262 ЗАПИСКИ С. п. ЖИХАРЕВА. ЯНВАРЬ 1807. актёра Волкова учиться у него роли Тарабара, или, какъ тогда гово- рили въ Москвѣ, Тарабарской грамотѣ, и если справедливо, то какъ онъ нашелъ Волкова. <Онъ точно быдъ здѣсь>,отвѣчалъ Воробьевъ, <и являлся ко мнѣ, будто бы по приказанію Александра Львовича; ну я и сказалъ ему: поди братецъ въ театръ, да смотри на меня и пе- ренимай, какъ знаешь, если тебѣ велѣно. Съ тѣмъ онъ и ушелъ; но пе- редъ отъѣздомъ опять приходилъ и просилъ, чтобъ я прослушалъ, какъ онъ пропоетъ Польской Тарабара: „На что такъ чудесить, Къ чему курадесить, Другихъ обижать?" Я прослушалъ и сказалъ ему, что хотя онъ и волкъ, а все-таки лаетъ по-собачьщ тѣмъ дѣло и кончилось. Мужика въ сорокъ лѣтъ не научишь, если до тѣхъ поръ самъ не выучился>. Воробьевъ сказы- валъ, что Самойдовъ съ первыхъ дебютовъ своихъ очень понравил- ся пубдикѣ, и она снисходительно извиняла не только его неловкость и совершенное незнаніе приличій на сценѣ, но даже самыя неосто- рожныя его обмолкви, которыя никому другому не прошли бы даромъ. Гебгардъ въ роли Карла Мора несовсѣмъ мнѣ понравился. Въ игрѣ его нѣтъ того глубокаго чувства, которымъ долженъ быть про- никнутъ Кардъ Моръ, жертва неслыханнаго коварства и заблужденій своей молодости. Мой пріятель не постигъ этого характера, о которомъ можно было бы исписать цѣлую книгу; за то Амалія была настоящею Амадіею — чувствительною, любящею, мечтательною Нѣмкою среднихъ вѣковъ. Мадамъ Гебгардъ стала еще лучшею актрисою, чѣмъ была прежде... Франца Мора иградъ Розенштраухъ недурно. Онъ, говорятъ, очень добрый, религіозный человѣкъ и будто бы готовится въ пасторы, но, въ ожиданіи хорошаго пастората, играетъ на театрѣ. Для испод- ненія роди Франца, сдѣдовало бы ему изучить разсужденіе Ишланда объ этой роли, въ которой знаменитый актёръ и писатель быдъ, го- ворятъ, превосходенъ. Въ Германіи роль Франца Мора считается пер- вою ролью, потому что требуетъ большаго изученія, между тѣмъ, какъ для роди Карла достаточно, чтобъ актёръ быдъ одаренъ большою чув- ствительностью и быдъ пригожъ собою. Линденштейнъ уморительно иградъ роль Шпигельберга; онъ на сценѣ, какъ дома. 9 Января, Среда. Гаврила Романовичъ представидъ меня А. С. Шишкову, сочинителю «Разсужденія о старомъ и новомъ слогѣ>, за- душевному другу президента Россійской Академіи, Нартова. Съ бодь- щимъ любопытствомъ разсматривадъ я почтенную Фигуру этого чело-