b000001510

А. С. шишковъ. 263 вѣка, котораго дѣтскіе стихи получили такую народность, что, кажется, нѣтъ ни въ одномъ Русскомъ грамотномъ семействѣ ребенка, котораго не учили бы лепетать: дХоть весною И тепленько, А зимою Хододненько, Но и въ стужѣ Намъ не хуже", и проч. Не могу повѣрить, чтобъ этотъ человѣкъ быдъ такимъ недобро- желателемъ нашего Карамзина, за какого хотятъ его выдать. Мнѣ кажется, что находяш,іяся въ <Разсужденіи о старомъ и новомъ слогѣ> колкія замѣчанія на нѣкоторыя Фразы Карамзина доказываютъ не лич- ное нерасположеніе къ нему Александра Семеновича, а только одно несходство въ мн^ніяхъ и образѣ воззрѣнія на свойства Русскаго язы- ка. Изъ всего, чт5 ни говорилъ Шишковъ — а говорилъ онъ много — я не имѣлъ случая замѣтить въ немъ ни малѣйшаго недоброжелательства, или зависти къ кому-нибудь изъ нашихъ писателей; напротивъ, во всѣхъ его сужденіяхъ, подкрѣпляемыхъ всегда примѣрами, заключалось много добродушія и благонамѣренности. Онъ очень долго толковалъ о пользѣ, какую бы принесли Русской словесности собранія, въ который бы допускались и приглашались молодые литераторы для чтенія евоихъ произведеній, и предлагалъ Гаврилу Романовичу назначить вмѣстѣ съ нимъ поперемѣнно, хотя по рдному разу въ недѣлю, литературные ве- чера, обѣш;ая склонить къ тому же Александра Семеновича Хвостова и сенатора Ивана Семеновича Захарова, которыхъ домы и образъ жизни представляли наиболѣе къ тому удобствъ. Вогъ вѣсть, какъ обра- довался этой идеѣ добрый Гаврила Романовичъ и просилъ Шишкова устроить какъ можно скорѣе это дѣло. Между прочимъ, Шишковъ разсказывалъ, что одна изъ родствен- ницъ его супруги, молодая женщина, лѣтъ двадцати пяти, въ прошед- шемъ году вылѣчилась радикально отъ чахотки, употребляя, по совѣту О. К. Каменецкаго, по два раза въ сутки угольный порошокъ, распу- ш;енный въ рюмкѣ воды, а по утрамъ принимая по полурюмкѣ росы съ цвѣтовъ ромашки, которую собирали для ней ея люди. Ѳедоръ Пе- тровичъ Іьвовъ присовокупилъ, что хотя иностранные медики не дю- бятъ Каменецкаго за его безпош,адную правдивость и величаютъ его обекурантомъ и эмпирикомъ, но что на это смотрѣть нечего, и его простонародныя средства бываютъ большею частью всегда спасительны. Вѣра Николаевна спросила меня за столомъ, отчего я такъ угрюмъ,