b000001427

«ересью», даетъ образчикъ того, какое настроеніе вносило новое теченіе: темы, вопросы, имъ затрагиваемые, по характеру очень близки къ ходячимъ и въ старо-московскои литературѣ; это — мысли о твореніи міра, недоумѣн- ные вопросы библейской исторіи, космогоническаго, космографическаго ха- рактера; они съ церковно-богословской точки зрѣнія рѣшались и въ попу- лярной старинной «Бесѣдѣ трехъ святителей»; теперь въ «Луцидаріи» они рѣпіаются иначе: если «Бесѣда» приписываетъ, напр., происхожденіе грома, молніи, дождя дѣйствію особыхъ стихійныхъ ангеловъ, то «Луцидаріи» пы- тается объяснить это путемъ естественнымъ, доказывая, что громъ есть ре- зультатъ стопкновенія облаковъ, гонимыхъ вѣтрами, а дождь — результатъ дѣйствія теплоты солнечной на воду (испареніе) и т. п. Если эти объясненія иногда и наивны, то важенъ, все-таки, ихъ характеръ, ихъ направленіе. Такимъ образомъ отъ раціоналистическаго теченія можно вести у насъ начало ноявленія запросовъ научнаго характера, первыя попытки дать имъ удовлетвореніе въ духѣ новаго знанія, а не старой церковной догмы, да еще въ московскомъ истолкованіи. Начало обновленія идейной жизни Московской Руси было такимъ обра- зомъ попожено, и мысль неуклонно идетъ въ намѣченномъ направленіи. Уже къ половинѣ XYI в. въ Москвѣ ясно намѣчаются результаты этой работы: передовое меньшинство, гонимое и тѣснимое большинствомъ, имѣющимъ въ своемъ распоряженіи богатыя матеріальныя и правительственныя сред- ства, измѣняетъ картину мыслящаго общества Москвы: оно распадается на прогрессистовъ, протестующихъ во имя знанія, сторонниковъ реформы въ духѣ сближенія, по крайней мѣрѣ тяготѣнія къ западу, и на консерва- торовъ, всѣми силами стремящихся вернуть жизненныя основы отживающему міросозерцанію, но невольно все болѣе и болѣе идущихъ на компромиссъ, хотя и не желаюіцихъ признаться себѣ въ этомъ. Идетъ упорная борьба: для консерваторовъ и прогрессистовъ одинаково ясно, что старое отопшо, что нуж- но что то иное; но каждый понимаетъ это «иное» по-своему. Прогрессисты — люди частные — работаютъ, постепенно увеличивая запасъ западной лите- ратуры въ обиходѣ русской и тѣмъ подготовпяя окончательное торжество западной культуры на Руси: отъ того то переводная литература, сосре- доточившаяся главнымъ образомъ въ Москвѣ, въ XVI и XVII вв. предста- вляется столь значитепьной и носитъ опредѣленный характеръ: это — на- учная, практически-прикладная учебная книга, затѣмъ литература-четія, на обязанности которой лежало удовлетвореніе любознательности читателя, уже привыкающаго искать въ книгѣ знанія, удовольствія, а не только средства для воспитанія себя въ духѣ рслигіозномъ, средства, «како своя душа спасти». Эта литература выражаетъ уже насущныя жизненныя потребности и самой Москвы, теперь уже не могущей самозаключиться въ гордомъ сознаніи, что она особенно Богомъ излюбленный, опредѣленный къ вѣчному существо- ванію «третій» Римъ, единственная представительницаистиннаго, непорушен- наго христіанства: ей нужны уже и западные мастера, нужно знать, что дѣ- лается на западѣ, нужно въ своей жизни вести себя такъ, чтобы ее ува- жали на западѣ; она дорожитъ своей репутаціей именно въ глазахъ за- пада. Эти чисто жизненныя условія были той силой, которая поддержи- 53