b000001427

полковъ; школой европейскаго общежитія были для молодого царя дома слободскихъ служилыхъ и торговыхъ яюдей. Съ пылкостью прозелита ки- нулся Петръ въ эту новую жизнь, спѣша взять отъ нея все, что она могла дать и что было ему доступно. «Марсовы» потѣхи, примѣрныя сра- женія, чередовались съ вечеринками въ семеиныхъ домахъ и разгульными пирушками въ компаніи, составившейся изъ группы иноземцевъ съ Ле- фортомъ во главѣ и «всешутѣйшаго собора» туземнаго происхожденія. «Венусъ», наравнѣ съ Бахусомъ, была почетнымъ персонажемъ этого карнавала: она явпялась Петру въ образѣ иноземки, купеческой дочери Анны Монсъ, а Бахусъ былъ принужденъ дѣлить почетъ съ отечествен- нымъ «Ивашкою Хмельницкимъ». Вообще, Петръ оказался настолько мо- сковитомъ, что внѣшнія формы европейской жизни туго давались ему, несмотря на все его увлеченіе ими, — въ слободѣ онъ обучился танцамъ, но не привыкъ къ опрятности, а вакхическія празднества по программамъ, которыя онъ самъ вырабатывалъ, коробили иноземцевъ своею варварскои грубостью. Гораздо успѣшнѣе шло усвоеніе европеискихъ техническихъ знаній и навыковъ, довершенное потомъ во время первой заграничнои поѣздки. Техническая подготовка и нѣкоторый налетъ внѣшняго евро- пеизма — вотъ итоги слободского періода въ жизни Петра, и въ этомъ смыслѣ, говоря словами С. М. Соловьева, «нѣмецкая слобода — ступень къ Петербургу, какъ Бладимиръ былъ ступенью къ Москвѣ». 6' 43