b000001427

ранъ къ суду патріарха, котораго они просгош рѣшиТь дѣло ііо обвийе- нію въ двуженствѣ, но тотъ отказапся, заявивъ, что это его не касается. Вообще, русская власть не обнаруживала желанія вмѣшиватьсяво внутрен- нюю жизнь иноземскихъ церковныхъ общинъ, и если Кульманъ сталъ жертвою русскаго правосудія, то отвѣтственность за это падаетъ въ эна- чительной мѣрѣ на самихъ иноземцевъ, въ особенности на ихъ духовен- ство, нризнавшее насиліе наиболѣе дѣйствительнымъ средствомъ борьбы съ опаснымъ сектантомъ. Квиринъ Кульманъ, родомъ изъ г. Бреславля, экзальтированный меч- татель съ юности, подъ вліяніемъ произведеній нѣмецкаго мистика Ббме сталъ послѣдователемъ хиліастическаго толка, возвѣщавшаго скорое настз г - пленіе на землѣ блаженнаго царства «іезуилитовъ», людей, просвѣщенныхъ истиннымъ христіанскимъ ученіемъ. Въ «откровеніяхъ» Кульмана мечты о предстоящемъ духовномъ перерожденіи человѣчества фантастически пе- реплетались съ дророчествами о судьбѣ европейскихъ государствъ, на раз- валинахъ которыхъ должно было основаться новое, «іезуилитское» обиі.е- ство, нри чемъ въ этихъ пророчествахъ видное мѣсто отводилось восточнои Квропѣ — Полыпѣ, Россіи и Турціи. Хиліасты подверглись гоненію, нѣко- торые изъ нихъ были даже казнены, а самъ Кульманъ, спасаясь отъ пре- слѣдованій, нринужденъ былъ вести скитальческую жизнь. Проповѣди своей онъ, однако, не захотѣлъ прекратить, но, наслышавпіись о Московіи отъ встрѣченнаго имъ въ Лондонѣ московскаго нѣмца, задумалъ перенести ее въ Россію, чтобы разъяснить царямъ — Ивану, Петру и Софьѣ — ихъ про- виденціальную роль въ грядущей борьбѣ народовъ восточнои Европы. Въ 1689 г. онъ подъ чужимъ именемъ появился въ Москвѣ со своими бро- шюрами, въ числѣ которыхъ было вновь составленное имъ воззваніе къ царямъ, и выступилъ съ проповѣдью въ иноземской слободѣ, гдѣ скоро пріобрѣлъ послѣдователей среди лицъ, увлекавшихся уже ранѣе ученіемъ Ббме. Религіозное движеніе, вызванное проповѣдью Кульмана, встревожило слободское духовенство, и лютеранскій пасторъ Мейнке не только предалъ сектантовъ осужденію съ церковной каѳедры, но и постарался обратить на нихъ вниманіе царей и патріарха. Хотя ученіе Кульмана привлекло адептовъ только въ слободѣ, — въ судебномъ дѣлѣ нѣтъ никакихъ указаній на его распространеніе среди русскихъ, — Посольскому приказу было по- ручено произвести слѣдствіе по заявленію Мейнке. Кульманъ и самый видный изъ его послѣдователей, купецъ Нордерманъ, были допрошены въ приказѣ и мужественно исповѣдали передъ судьями свою вѣру; такую же стойкость оба они проявили, когда ихъ подвергли жестокой пыткѣ. О бро- шюрахъ, привезенныхъ Кульманомъ въ Москву, разсматривавшіе ихъ въ качествѣ экспертовъ лютеранскіе пасторы и іезуиты, которые тогда про- живали въ Москвѣ, дали самый рѣзкій отзывъ, признавъ изложенное въ нихъ ученіе еретическимъ и богохул^нымъ. Кромѣ ереси, судьи открыли въ писаніяхъ Кульмана еще одно преступленіе, очень тяжкое съ русской точки зрѣнія, — «непристойныя рѣчи», безчестившія московское государство. Кульманъ и Нордерманъ были осуждены, какъ еретики, и 4 октября 1689 Г. сожжены въ срубѣ, по русскому обычаю. Зі