b000001427

Дѣло Кульмана возйикло на почвѣ острой борьбы религіозныхъ з г че- ній, и образъ дѣйствій слободского духовенства, не погнуиіавшагося вмѣ- шательствомъ иновѣрной власти, объясняется тѣмъ, что оно руководилось мотявомъ, который въ глазахъ ортодоксовъ оправдываетъ всѣ средства, — заботой объ устраненіи сѣятелей религіозной смуты. Такого мотива мы не- находимъ въ другомъ процессѣ, тоже вскрывшемъ передъ русскимъ су- домъ, по винѣ самихъ иноземцевъ, интимныя стороны ихъ церковной жизни. Это былъ нашумѣвшій въ свое время процессъ генерала Баумана, оцѣненный по достоинству извѣстнымъ уже намъ Рингуберомъ, который писалъ о немъ: «Это позорное дѣло я не рѣшаюсь передать ни на сло- вахъ, ни на бумагѣ». «Позорнымъ» для европейской колоніи процессъ былъ потому, что, благодаря ему, спала завѣса, скрывавшая до тѣхъ поръ отъ русской власти неприглядную картину раздоровъ между военными круж- ками, отражавшихся на ходѣ церковныхъ дѣлъ въ слободѣ; къ тому же пріемы борьбы, къ которымъ прибѣгли на судѣ противники, характери- зовали ихъ далеко не съ выгодной стороны. Прибывшій въ Россію изъ Даніи въ 1654 г - полковникъ Николаіі Бауманъ оказался способнымъ и опытнымъ офицеромъ и за свои военныя заспуги былъ произведенъ московскимъ правительствомъ въ чинъ генерала. Въ слободѣ онъ. проявилъ большой интересъ къ церковнымъ дѣламъ -и, благодаря своей энергіи и дѣловитости, быстро пріобрѣлъ значительное вліяніе на нихъ. Къ бо-мъ годамъ вторая или «офицерская» церковная община, къ которой примкнулъ 'Ва.умамъ, яочему то на время распалась, и самымъ церковнымъ участкомъ по смерти пастора Якоби завладѣло част- ное лицо. Въ іббі г. Бауманъ выхлопоталъ возвращеніе участка общинѣ и возобновилъ церковь, затративъ на это, кромѣ денегъ, собранныхъ по подпискѣ прихожанами, гораздо болѣе крупную сумму изъ собственныхъ средствъ, что доставило ему первенство въ церковномъ совѣтѣ, титулъ «старшаго призрителя» церкви, по его выраженію. Настоятелемъ церкви былъ сдѣланъ вывезенный Бауманомъ изъ Германіи пасторъ Фокеротъ, которому Бауманъ вскорѣ подыскалъ помощника въ лицѣ своего protege, учителя слободской школы Грегори, незадолго передъ тѣмъ получившаго въ Германіи степень магистра и посвященіе въ духовный санъ. Этотъ Грегори (Johann Gottfried Gregorii), сынъ мерзебургскаго врача и пасы- нокъ знаменитаго Блументроста, выказалъ большую энергію и ловкость, успѣшно выполнивъ въ Квропѣ два деликатныя порученія, возпоженныя на него царскимъ правительствомъ и московскиМи лютеранами: онъ убѣ- дилъ своего отчима Блументроста принять предложенное ему царемъ мѣсто лейбъ-медика и воіпелъ въ сношенія по дѣламъ московскихъ лютеранскихъ общинъ съ германскими городами и князьями, у которыхъ ему удалось вы- хлопотать нѣкоторыя субсидіи этимъ общинамъ. Наиболѣе щедрымъ вклад- чикомъ былъ саксонскіи герцогъ Эрнстъ, чрезвычаино заинтересовавшіися положеніемъ лютеранъ въ Москвѣ: онъ и впослѣдствіи продолжалъ вн№- кать въ ихъ нужды, оказывалъ имъ при всякомъ случаѣ моральную и ма- теріальнуто ноддержку и даже обращался къ царю съ ходатайствами по ихъ дѣламъ. 32