b000001427

вѣчные и кабальные (холопы)». По сообщенію Олеарія, при довольно лег- комъ отношеніи супрз^говъ къ обѣгу вѣрности, нарушеніе таковой не вело къ разводу между супругами. «Если жена впадаетъ въ развратную жизнь, и на то поступитъ отъ мужа жалоба, и преступленіе будетъ доказано, то ее наказываютъ плетью и вЫдерживаютъ нѣсколько дней на хлѣбѣ и на водѣ; затѣмъ она возвращается въ домъ мужа, гдѣ получаетъ новое на- казаніе плетью за запуіценное хозяйство». Бпрочемъ, у супруговъ всегда было средство раізорвать брачную цѣпь, По сообщенію того же автора, «если супруги не могутъ жить вмѣстѣ и выносить одинъ другого, то есть средство разойтись, именно, одинъ изъ супруговъ можетъ пойти въ монастырь; если это дѣлаетъ мужъ, оста- вляя ради посвященія себя Богу жену, жена эта выходитъ за другого му- жа, а' первый можетъ, если пожелаетъ, быть посвященъ въ попы, хотя бы онъ былъ башмашникомъ или портнымъ»... Очерченныя формы семейныхъ отношеніи едва ли могли смягчить душу простолюдина и очистить ее отъ тѣхъ язвъ, которыми заражала ее государственная и общественная жизнь: семейныя отношенія были воспро- изведеніемъ государственныхъ съ тою разницей, что рабъ послѣднихъ превращался въ господина первыхъ. Конечно, даже тяжелая, безотрадная жизнь низшихъ классовъ не бы- ла лишена своихъ радостей и развлеченій. Сюда прежде всего слѣдуетъ отнести семейное веселье съ его слож- ными обрядами. «Если затѣютъ свадьбу простолюдины или горожане, то женихъ обыкновенно за день до свадьбы посылаетъ своей невѣстѣ новое платье, шапочку и пару сапогъ, а также яіцичекъ съ румянами, гребнемъ и зеркаломъ. На другой день, когда должна совершиться свадьба, прихо- дитъ попъ съ серебрянымъ крестомъ, въ сопровожденіи двухъ мальчиковъ, несущихъ зажженныя восковыя свѣчи; онъ благословляетъ прежде маль- чиковъ, потомъ и гостей. Затѣмъ женихъ и невѣста садятся за столъ, и между ними протягиваютъ кусокъ тафты. Когда сваха уберетъ невѣсту, она заставляетъ молодыхъ прибпизиться лицами другъ къ другу. Между тѣмъ другія свахи обсыпаютъ молодыхъ и гостей хмелемъ. ІІослѣ этого отправляются въ церковь для вѣнчанія» (Олеарій). При этомъ въ XVI в. свадьба сопровождалась языческими обрядами. Стоглавъ, зарегистровавшій съ цѣлью искорененія множество бытовыхъ чертъ русскаго народа, гово- ритъ между прочимъ: «въ мірскихъ свадьбахъ играютъ глумотворцы, арганники, гусельники и смѣхотворцы и бѣсовскія пѣсни поютъ. И какъ въ церковь вѣнчатися поѣдутъ, свящённикъ со крестомъ будетъ, а предъ нимъ со всѣми тѣми играми бѣсовскими рищутъ, а священницы имъ о томъ не возбраняютъ и не запрещаютъ». Самый пиръ, какъ онъ описывается въ Домостроѣ, представлялъ гру- бое и шумное веселье, которое совершалось съ надрывомъ ввиду вра- ждебнаго отношенія церкви къ веселью вообще, а къ увеселеніямъ просто- людиновъ въ частности. «Если начнутъ на пиру смрадныя скаредныя рѣчи, и блз^дныесрамо- словіе и смѣхотвореніе, и всякое глумленіе, или гусли и всякое гуденіе, юо