b000001425

Латынники на это отвѣчали: «Чтобы спастись, для этого мало лю- бить «простыню» и «учиться буквамъ», нужно понимать смыслъ благо- датнаго закона, что дается только владѣющему общимъ образованіемъ, которое есть «руководитель неблазненъ во всякое благочестіе, вождь къ боговидному смотрѣнію и предивному и неприступному богословію...» И тѣ, и другіе, имѣя одну цѣль — спасеніе, въ средствѣ противника видѣли прямое уклоненіе отъ пути къ этои цѣли, и не могли сговориться въ этой области такъ же, какъ и создать компромиссный типъ піколы, которая для ретроградовъ казалась вовсе ненужною, для «латынниковъ» возможною только въ привычной для нихъ формѣ. • Программа латынниковъ вызывала противъ себя оппозицію другой группы, которая, сходясь съ латынниками въ мысли о необходимости введе- нія выспіаго образованія въ Москвѣ, расходилась съ ними во взглядѣ на ла- тинскій языкъ и выработанные въ іезз'итскихъ школахъ схоластическіе пріемы, какъ на единственное средство сообщенія русскимъ «неприступнаго богословія»; признавая дисциплинирующее значеніе схоластической системы, они думали если не обрусить, такъ ославянить ее, перевести на греко- славянскій языкъ и растворить въ матеріалахъ, представляемыхъ родною церковью. Не отрипая значенія знанія латинскаго языка, какъ и латин- скихъ авторовъ, представители этого оппозиціоннаго теченія ополчались на латынниковъ за ихъ презрѣніе къ національнымъ средствамъ, за пользова- ніе схоластическими познаніями, часто поверхностными, какъ самодовлѣ- ющимъ благомъ, безъ желанія обратить его, какъ средство, на раавитіе родного языка и родного православія, наконецъ, за пренебреженіе къ практическимъ подвигамъ благочестія въ видѣ «отбрасыванія» поклоновъ. Авторъ Книги о вѣрѣ (изд. М. 1648 г.) жалуется: «Мнози же и отъ нашихъ гордостію превознесшеся, языкомъ словенсіаімъ гнушаются... и мнози нынѣ свои хлѣбъ и сокровища духовная во чтеніи и поученіи изо- бильныхъ книгъ словенскихъ оставивше, за чужій, иже смертоноснымъ ядомъ устроенный хлѣбъ хапаются». Составитель Зерцала духовнаго (около 1652 года) говоритъ: «На Руси - «пакость душевредная распространяется», ибо многіе «словенскимъ смиреннымъ языкомъ гнушаются и отъ чюжихъ возмущенныхъ водъ, на- блеванныхъ прелестью, лакоме напаяваются». «Присмотрися», говоритъ въ позднѣйшемъ посланіи Вишенскій: «что пользуютъ ихъ черниломъ хитрости, а не Духа Святаго словесы, вспи- танные школьные казнодѣи, которые зъ латинской ереси себѣ способъ ухвативши заразъ школы баютъ проповѣдуютъ и учать, а полѣровнаго я безстрастнаго житія не хочють... тепереіпніе наши новые русскіе фило- софы не знаютъ въ церкви ничтоже читати ни тое самое псалтыри, ни часослова... А знать если бы хто трохи и зналъ, якъ южъ досягнетъ стиха якого баспей аристотельскихъ, тогды южъ псалтыри читатися соро- мѣетъ... латинскихъ басней ученицы, зовемыя казнодѣи, трудитися въ церкви не хочютъ, толко комедіи строютъ и играютъ». Къ этой партіи примкнули и образованные греки (Лихуды), которые, собственно, по складу своего ума, по образовательнымъ пріемамъ, пол}^- 93