b000001420

Алексѣя Михайловича нпзложенія патріарха, вводящаго ересь, Ь а корыстолюбивому старцу было, конечно, страшно потерять патрі- t аршіе доходы. Выстрая кончина избавила его отъ душевныхъ страданій, и , л царіо было не мало хдопотъ лично нроизвести опись имущества по- ( койнаго, такъ какъ списковъ дорогимъ матеріямъ, серебряной no- 1 судѣ, дорогому оружію и другимъ вещамъ не было, и патріархъ лично завѣдывалъ всѣмъ, не допуская келейниковъ. «Прости, — ( писалъ Алексѣй Михайловичъ Никону въ Сологки: — владыко святой, ! и половины не ночемъ отыскать, потому что все безъ заниски; не осталось бы ничего, все бы разокрали, да и въ томъ меня, владыка святый, прости, немного и я не покусился иныиъ сосудомъ, да ііи- лостыо Божіей воздерзкался и вашими молитвами святыми. Ей-ей, j владыко святый, ни маленькому ничему неточенъ». Оказалось, что «свѣтъ патріархъ» не по христіански обращался со своими под- чиненными: «Всѣ въ конецъ бѣдны, и онъ, свѣтъ, жалованья у нихъ гораздо убавилъ», сообщаетъ дарь въ томъ же письмѣ Никону. Легко понять, что патріархъ Іосифъ не быдъ единичнымъ явленіемъ среди духовенства, которымъ онъ управлялъ десять лѣтъ; почтп повсемѣстно замѣчалось то же самое: многіе священники и епископы какъ-то ухитрялись сочетать набожность, уваженіе къ буквѣ цер- ковнаго закона, даже нодвижничество съ алчностыо, корыстолю- біемъ, лихоимствомъ и сластолюбіемъ. Аввакулъ Петровъ, пазна- ченный Алексѣемъ Михайловичемъ протоіереемъ въ ІОрьевъ-Поволь- скій, пробылъ въ городѣ всего восемь недѣль и такъ вооружилъ нротивъ себя народъ, что его избили до нолусмерти батогами и воевода едва спасъ, прибѣжавъ съ пушкарями къ скопищу, его са- мого и семыо. Ночыо Аввакумъ бѣасалъ въ Кострому; оказалось. что и съ тамошнимъ протоіереемъ народъ вынужденъ былъ посту- пить одинаково, и Данила также тайкомъ бѣжалъ. Оба нашли пріютъ у Вонифатьева и попали въ справщики кнпгъ. Т. Начало русскаго раскола. Переходъ отъ патріарха Іосифа къ патріарху Никону былъ очень рѣзокъ, и это всѣ сознавалн, начиная съ самого Ннкона. Онъ ясно видѣлъ положеніе русской церкви, дошедшей вслѣдствіе національ- наго самомнѣнія и нсторической обособленности до состоянія, ко- торое восточные ревнители православія нрямо называли ересью. Онъ видѣлъ, что русское духовенство довело себя до такого состо^ *