b000001325

Ip-^^pt^v "■ '«Жйк - --■ ■-.• Новый НАРОДЪ И ЕГО ПѢВЦЫ. Андрей Б-6ЛЫЙ. 253 ждѣ, и еще разъ отмѣчаешь съ удовольствіемъ, что г. Андрей Бѣлый «кристаллизуетъ» не хлыстовскую секту, а какук>-то другую, свою собственную. Ибо, хотя «хлыстовство, какъ одинъ ивъ ферментовъ религіознаго броженія, не адекватно существую- щимъ кристаллизованнымъ формамъ», но «тугами» ихъ рисовали, покуда только Ливановы да Шарди- ны, которыхъ г. Андрею Бѣлооту лучше было бы оставить при лаврахъ ихъ безъ соперничества. Самъ Мельниковъ-Печерскій, на что былъ лютъ, не облекалъ хлыстовъ въ злодѣйсгеа непрерышой уго- ловщины, и, хотя спѳрва собирался было ввести въ романъ свой «На Горахъ» сцену ритуальнаго убій- ства хлыстами православной дѣБуш.ки, но отказался оть этого намѣренія подъ вліяніемъ архіепископа Амвросія Харьковскаго. Этотъ послѣдній, чело- вѣкъ, далеко не питавшій нѣжности къ сектантамъ, однако, нашелъ въ себѣ справедливость сказать знаміенитому ромаяисту, что такъ не бьшаетъ, и что онъ впалъ въ тенденцішную вредную неправду. Вообще же, Мельниковъ-Печерскій написалъ хлы- стовъ людьми настолько мялюими, трезвыми, благо- дѣтельньши и порядочными, что получилъ даже не- пріятности отъ Каткова и Любимова, редакторовъ «Русскаго Вѣстника», гдѣ печатался романъ: — Что же это у васъ? — протестовали они, — какъ сектантъ, то — человѣкъ хоть куда, а какъ пра- вославный попъ, то лихоимецъ и пьяница! . . Подъ вліяніемъ этихъ редакціонныхъ упрековъ, Мельни- ковъ-Печерскій приклеилъ къ роману извѣстную сцену, въ которой хлыстовскій пророкъ покушает- ся изнасиловать Дуню Смолокурову. Что касается хлыстовскаго разврата, возможно и вполнѣ вѣ- роятно допустить, что экстазъ радѣній способеш.