b000001325

252 Мутные дни. кіестомъ, нагодъ пгавасьявный, ибо вгемена бьизки: под- ними мечъ на сьюгъ вейзевуовыхъ; огь нихъ же двогяне пегвые суть: огнемъ попаяющимъ пгойди по земьѣ гус- ской; газумѣй и могись: гождается Духъ Святъ: кги усадьбы отчадія бѣсовскаго, ибо земья твоя, какъ и Духъ твой . . . Но ріеволюціонноісти своіей «голуби» не успѣва- ютъ обнаружить, такъ какъ провиденціальное без- плодіе Дарьяльскаго спасаетъ отечество огь сей по- трясающей катастрофы, а единственная сцена, ко- гда являются въ повѣсти мужики и шебаршагь, сви- дѣтельствуетъ либо о слабомъ представлѳнш г. Ан- дреемъ Бѣлымъ, какъ эти дѣла въ дѣйствительно сти дѣяаются, либо о непремѣнномъ желаніи оцен- зурить нецензурное и внести ревъ и вой въ юморъ, въ самомъ дѣлѣ, чуть не голубинаго воркованія. Зато, что касается уголовщины обыкновееной, г. Андрей Бѣлый описываетъ «голубей» своихъ ка- кими-то «тугами» индійскиіми: спровадить человѣ.ка на тотъ свѣтъ имъ — какъ стакаяъ воды выпить, На протяженіи повѣсти двое проникаютъ въ тайны «голубей» — Дарьяльскій и милліонеръ Еропѣ- гинъ — и оба погибаютъ отъ руки сектантовъ са- мымъ жалкимъ образомъ. Такъ что, собственно говоря, даже повторяется до извѣстной степени пре- словутая нѣмецкая исторія о ворѣ, который, забрав- шись въ домъ, увидѣлъ, какъ на лежанкѣ домовой задушилъ одинокую бабушку-старушку, и отъ ужа- са умеръ на мѣстѣ; старуха умерла, воръ умеръ, a домовой скрылся, — и, вотъ, такъ навсегда и оста- лось загадкой: откуда же люди-то узнали все это чудесное приключеніе?. . И опять невольно воз- вращаешься мыслью на первое: — А, можетъ бытъ, этого и вовсе не было? И начинаешь иіскренно радоваться этой наде-