b000001308

— 83 — венская_ непосредственность, юношеская неумелость — и в то же время отпечаток неповторенного своеобразия. В этих отступлениях, главным образом, и удалось художнику выразить свои вкусы, самобытное даро- вание и свое искусство. Несколъко лишних дополнительных образов, милых и примитивных картпн — вот наследие одного из скромных без- именных мастеров, которые всегда, во все эпохи творили наряду с боль- шими и влияющими художниками и, тем самым, слуя-сили единой кра- соте. Великие создания искусства всегда бывают окружены сонмом более скромных и меныпнх созданий, которые служат как бы онравой самым блистающим и блпстательным самоцветным камням искусства. Такое по- ложение занимает Димитриевская роснись по отношениіо к поздним ярославским, костромским . и ростовским росписям. Но она нужна, как иужен каждый мазок в картине, нас очаровавшей. Покровская роспись самая живоиисная и, мон^ет быть, меньше всех связанная с ярославским искусством. Художник, росписавший Покров- скую церковь, любил краски, красочные сочетания, заглушенные пере- ливы темнеры, блеск и певучесть красочной гаммы. Таких задач не ста- вили себе ни Плеханов, ни художники - росписыватели Дмитревской и Предтеченской церквей. На западной стене мы видим сидящего под бал- дахином царя, приговориваіощего Дионисия к смерти. Маленький кусо- чек роспріси, но как он хорош именно своею живописностыо, сочетанием нежного топа малинового балдахина, цвета старой бронзы трона и темно- синего, с лиловыми цветами и узорами царского одеяния! На северной стене приятно живонисное мастерство одной росниси, также повествую- щей о мучениях какого-то святого. На воинах, бичующих его, так хо- рошо написаны медные латы, так они горят и свегятся особым металли- ческим блеском; наблюдает за бичеванием всадник на белой лошади под золо^истым зонтом, который держит над ним прислужник... Робкий, ли- монный фон, латы воинов, белая лошадь, золотой зонт, синяя одежда мученика сливаются в какую-то удивительно истомленнуго нолуденную гамму. Однообразные красочные сочетания, преимущественно, золотые, синие, бронзовые, лиловые, столь любимые Покровским мастером, только изредка иеребиваются малиновыми пятнами и переливаются изумрудом. Этот оиределенный наклон, выбор определенных красок говорит, несо- мненно, о сознательном желании художника, а отнюдь не случайном соединении красок на палитре. Покровский мастер был внимательным к ивету, к его тонкой и капризной природе. Художник, работавший в Покровской церкви — „cmapoeep"-, ибо его отношение к цвету наиоми- нает отношение к цвету иконников XYI века. Некоторая архаичность чувствуется во всей росниси Покровской церкви. Художник не богат — у него две-три темы, но он проникся ими, сжился с любимыми образа- ми. Несколько мазков кисти, ни одной не нужной подробности, только основное, главное. Оттого так скуны его „Крещение"' ^Бяаювещение"- , „ Тайная вечеря", „ Троица*. Такой религиозный подход к теме переносит нас к ХУІ веку, конечно, в условиях уже новой техники. Этот странный заноздалый мастер по своему душевному складу и настроению чуждый но- вому времени, этот „cmapoeep"- дал нам несколько росписей, в которых соче- тались сильная живописность, ясность композиции и даже монументальность. 6*'