— 161 -- перенесенныхъ изъ Новгородскаго Юрьева монастыря въ Софійскій Новгородскій соборъ. Отъ 1640-же года мы имѣемъ теперь по находкѣ о. Миловскаго другоіі документъ— „Указъ царя Михаила Ѳеодоровича о пожалованіи во Владимірскій Георгіевскій монастырь двухъ покрововъ на гробницы Князя Ѳеодора, и опять не другого какого-либо, а именно брата Александра Невскаго, и ихъ матери Княгини Ѳеодосіи. На такомъ краткомъ промежуткѣ времени, какъ 6 лѣтъ, мы имѣемъ вдругъ 2 совершенно противоположныхъ свидѣтельства. Что сказать по этому поводу? По поводу этого можно сказать одно: эти два противорѣчивыя свидѣтельства составили-бы дѣйствительное и, пожалуй, непреодолимое затрудненіе для того изслѣдователя даннаго вопроса, который стоялъ-бы только на почвѣ теоретическихъ со ■ ображеній, хотя-бы основанныхъ и на историческихъ данныхъ. Но для насъ, получившихъ счастливую возможность стать въ рѣшеніи даннаго вопроса на почву фактическаго изслѣцованія самыхъ памятниковъ по данному вопросу^ эти противорѣчивые документы представляютъ лишь явленіе любoпытнoe^ какъ справедливо выразился о нихъ въ своей замѣткѣ и о. Миловскій. Въ самомъ дѣлѣ, разъ не мы лишь одни, а нѣсколько вполнѣ компетентныхъ въ области археологіи членовъ нашей Архивной Коммиссіи въ 1900 году, при обстановкѣ соотвѣтствовавшей важности дѣла, своими собственными глазами увидѣли 1), что гробница съ надписаніемъ о погребеніи въ ней кн. Ѳеодора не заключала въ себѣ не только какихъ-либо останковъ, a ') См. наше изслѣдованіе о гробницахъ Георг. ц. въ IV т. Тр. A. К., стр. 20-23.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4