— 27 — храмомъ, онъ естественно могъ позаботиться и о мѣстахъ упокоенія какъ для себя, такъ и для членовъ своего рода, для чего и устроилъ —лриготовилъ гробницы въ построенномъ храмѣ. Изъ нихъ, какъ будто именно его самого, гробница и осталась не занятой; а если когда-либо въ періодъ отъ построенія церкви Георгіевской до построенія каменнаго собора Успенскаго и была она занята кѣмълибо можетъ быть даже и изъ княжескаго рода, то въ періодъ татарскаго разоренія города Владиміра была лишена своего содержимаго и послѣ того осталась пустой, каковой и найдена сейчасъ '). Чьи же останки заняли теперь вторую гробницу, если они не принадлежатъ Кн. Ѳеодосіи? Въ „Полномъ мѣсяцесловѣ Святыхъ", изданія коего восходятъ къ концу XVIII вѣка, мы находимъ такое извѣстіе: „въ Георгіевскомъ гор. Владиміра храмѣ положены тѣла: Княгини Ольги, дочери храмоздателя, во иночествѣ Евфросиніи, бывшей въ замужествѣ за Ярославомъ Владиміровичемъ Галицкимъ, и сына ихъ Князя Ѳеодора". Но это извѣстіе, какъ ни хорошо оно подходило-бы къ исторіи Георгіевской церкви и судьбѣ Княгини Ольги, не можетъ быть, къ сожалѣнію, принято за достовѣрное въ виду его противорѣчія той же Никоновской лѣтописи, по которой Княгиня Ольга, дочь Юрія Долгорукаго, погребена въ Успенскомъ соборѣ и при томъ безъ сына Ѳеодора, каковаго по лѣтописямъ у нея и не было совсѣмъ. Остается остановиться на томъ предположеніи, что эти кости попали извнѣ въ эту гроб- ') Удивительно только въ данномъ случаѣ то, какъ реставраторы храма послѣ его пожара въ 1783 г., перестраивая храмъ п, конечно, коснувшись гробницы и нашедши ее также, какъ й сейчасъ, пустой, могли возстановить иадъ ней надпись о положеніп въ ней мощей Князя Ѳеодора!
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4