Sofo расскаЭа, —он, видимо, пойуял в Эртеле писателя «своего йа^ правления». В ряде пжсем он дает Эртелю, на первых дорах, указания —то поощряющне, то указывающие на литературные промахи. В письме от 28 ноября 1877 г. Засодимскийнисал: «, Дереселенцы" и Ваше нисьмо,с ннми носланное, —получены мною, но „Ходока" ивашу первуюкорреспонденцию я жв глаза.не вждал. „Переселенцев" я прочел ж по существу, конечно, вполне одобржл их и жередал для напечатажжя в „Русском обозренжж". Некоторые частности (в начале рассказа) следовало бы выпустить. Онж все ненужно удлиняют рассказ, отвлекают своим лжржзмом от сути рассказа ж, главным образом, не вяжутся с целым». Отметжв дальше необходжмость случайной композжциж в прожзведенжях, указав на излжшнее употребленже жностранных слов, старыи жжсатель-народник заключал письмо следующжм напутствжем: «я ничего не сказал о сущности рассказа. Он мне пришелся совершеиио no душв. (Курсив мой. —В. Б.) «Яне пророк, но угадчжком быть могу, ж вот что скажу я Вам по поводу Вашего первого жрожзведенжя : еслж Вы выработаете сжатый, краткжй слог, выработаете жростой русскжй язык, если Вы станете держаться той до-роги, на котѵрую встуѣили в этом пе-рвом рассказе, еслж будете разжообразжть тему, как разнообразжтся кругом Вас самая жжзжь, тогда, я уверен, Вы заслужите почетную жзвестность в лжтературном мжре». 2 Получжв через некоторое время от Эртеля второй рассказ — «Ходок», Засоджмскжй откровенно пишет: «,,Ходок"—слабее ,,Пересележцев". Слабее во-первых—в технжческом отношении. Во-вторых— по мысли... Прочел девять лжстов —никакого ходока не оказывается. Введение пространнее самого рассказа... Теперь о цысли: ,,Разочаровываясь, обманываясь, и все-таки нж на что не глядя, человек верит". Вот идея. Неудобно и долго пжсать об этом». 3 Год спустя Засоджмскжй снова дает Эртелю совет: «Беллетржстжка— бедность страшная. Побжраются крохамж, чем бог попілет. Пишите и из ,,народного быта" и жз „барского", —из какого вздумается. Напжрайте на жзящество. Это ныне в ходу, но говорят, впрочем, что эта мода скоро минет, что опять ухватятся за „тенденцжонжзм"». 4 Пржведенные намж фаі^ты доказывают одно : на первых норах Эртель был во всяком случае, бесспорно, воспржнят пжсателямж-народнжкамж как «свож человек». Ас другой стороны, мы имеем ряд пастойчжвых заявленнй самого Эртеля, что он не народник. Свидетельства этж относятся, правда, к несколько более позднему времени, чем первые его выступления в печати. Едва ли не самое раннее относится к конпу жюня 1881 г. По поводу рассказа «Идиллжя» в «Запжсках стежняка», Эртель пишет А. Н. Пыпину: «Вот то-то поругают меня близорукие народники... по иным народ ведь ,,паинька", какже бы свойства нж проявлял он». Й дальше —характерная ссылка на Н. Н. Златовратского, который теперь-де ужне тот,«чем он был в пору своеі ,,Артели" ж своих „Крестьян вржсяжных"». 6 В дальпейшем это отталкиванже от «народничества», желание отмежеваться от него во что бы то ни стало повторяется много раз. A
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4