«Когда я cMOTpeJi на лицо больіпого человека, Чіо он nepe^ живал также все муки, терзания и' волнения беседовавших с ними, как иереживал в бессонные ночи я муки и томления моих видений». Краткий ответ «большого ■человека» —«не противьтесь злу насилием» —не удовлетворжл художника : «Чіо могут представить для меия поучительного эти благородные истины о любви и христианские заповеди непротивления злу насилием. Я не только знал их рапыпе, я не только во имя их отдал всю свою жизнь, но я еще живу ими. Неудовлетворенный художник уходит, но возвращается вторично и обращается к «болыпому человеку» с вопросом, не считает ли он нужнымдонустить каКих-либо поелабдений и^и сделок, или применений к деІствительности. — Никакнх. ' Безусловно , —отвечал он. Далыпе, —бѳседа «большого человека» с художником излагает, в сущности, содержание «Исноведи» и заключает указание на «маленьких людей, кишевших внизу», пахареі, людеі труда. Художник вспоминает своих родных, всех, как он —«мужицких детей», и художник решаетсяилти обратно в деревню, «как блудный сьш. прииасть к материнской груди», так как «мол, людям нельзя жить ценой смерти и страданий родных братьев и сестер». Конечно, не приходится добавлять, что «большой человек» —это Л. Толстой. Потерявший всякую классовую ориентацию, мелко буржуазный художник Златовратский инстинктивно ищет опоры у великого художника. Впоследствии, Златовратский подтвердил именно эту роль Толстого для него и его друзей —роль маяка в эпоху наступившего безвремеиья. Кузнецов решает, что нельзя жить «ценой смерти и страданий родных братьев и сестер». Златовратский —мы знаем—начинает унорно интересоваться под влиянием Толстого рукописью крестьянина Бондарева «Трудолюбие или торжество земледельца». Начинает разрабатывать программу интеллигентского земдедельческого труда. Так замаячил какои-то спасительный огонек. Ухватясь на время за толстовскую соломинку, Златовратский пытаётся перейти к беллетристике, В июльской кпижке «Русбкой мысли» за 1885 год оп печатает рассказ «Город рабочих», в февральской книжке«Оеверного вестника»за 1886 год^—рассказ «Лес», а в майской —«Труженики». «Город рабочих» —так названо было болыпое промышленное село с десятитысячным рабочим населением, с обычпым крестьянским самоуправлением. Златовратский с удовлетворением отмечает, что пока не виднелось еще кругом высоких фабричных труб «с гнетущими корнусами-острогами, с зловещим свистом —для Златовратского — только «эмблемой каторжного, подневодьного труда». В общем тон изложения —- смирение перед совершившимся фактом полного изничтожения «деревни». Но нет в рассказе пессимизма. Ровное «объективное» описание. Смирение, с общим заключением автора о вере в человеческое сознапие. Ведь этЬм заключались и «Деревенские будни», «Лес»—рассказ с мргуарным оттенком. «Везумец», «Отарый дом» (1887 —1888). , >-J 84
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4