». «CMEHA» Непосредственно за «Гардениными», Эртель перешел к работе над вторым своим большим произведением —романом «Омена». Работа над нжмнадает, очевидно, на 1890 г., напечатан он был уже в 1891 г. Смену умирающего дворянства новым классом буржуазии изобразкает Эртель в этомпроизведении. Именно эта тема —центральная. Редактору «Русской мысли» А. В. Гольцеву Эртель писал: «Под сменой разумеется та культурно-общественная метаморфоза, силою которой сходят со сцены интеллигентные люди барских нривычек, барского воспитания, с их нервами, традиииями, чувствами, отчасти идеями, уступая свое место далеко не столь утонченным, но гораздо более приспособленным к борьбе людям». В композиционном смысле роман значительно менее «целостен», чем «Гарденины». He без основания Ф. Д. Ватюшков называет его «романом-хроникоі». Отсутствие окончательной художественной закругленности Эртель сам нризнавал. В неизданном письме, очевидно, к П. А. Вакунину, Эртель в процессе работы над романом нисал : «Боюсь, что он выйдет обжирнее, чем я предполагалраныпе, боюсь в том отношении, что Вукол Михайлович (Лавров —ред. «Русскои мысли». —В. Б.) слишком волноВался, когда «Гарденины»нревысили первоначально предполагавшиіся размер. Амежду тем такой великий мастер, как Л. Н. Толстой, не без осно&ания говорил, что роман скомкан, что в его течении с половины второй части чувствуется насильственная быстрота. . . Не окургузить^ы , , смену" . Ведьроман должен захватить недва, не три лица, а,нокрайней мере, сорок лиц, из которых пяти, шести п^еддолагается дать центральное значение. Мы выйдем снова в крестьянскую среду —с иной сторонынежели в «Гардениных», проникнемв поместно-дворянскую , земскую среду, в новое tier-6tat, в среду образованных разночинцев, наконец, к людям свободных профессий. На их журфиксы, в их экоиомически-эстетнчески нервическое существование. Ив конце концов докажем сукиным сынам—критикам, т. е. некоторым, что нам знакомо и «интеллигентное» хозяйство. Оам посуди, где же тут управиться в ограниченных пределах». 23 Роман раснадается на две части. В первой —девять., а во второй — восемь глав. Илья Прытков —«крестьянин-собственник Владимирской губернии ж Егор Севастьянов—его земляк, едут в имение князейМансуровых— ,,Княжие Липы". Оба были состроены под-стать к тележке: осанисто, крепко, утробисто. У обоих имелись коротко подстрижёниые бородки, светлые глаза с удивительно проницательным выраасением, крепкие, точно вчера выточенные из самой белой<кости, зубы. «Но сходство не простиралось далее». Егор Севастьянов любовно смотрит на пашню, с видом какого-то мрачного сладострастия берет рыхлый комок земли и начинает разминать его между пальцами. Илья Прытков смеется над свойм земляком: с допотолных времен-де он. УПруткова шире планы. Он едет «с живых народов шкуру сдирать». «История моей жиЗни —есть роман» —хва^ 180
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4