теперь... вперед no пути блага, вперед no пути отриЦания всеі?о злого, пошлого, устарелого, тормозящего...» 22 Думаю, что нет надобности доказывать, что перед нами рассказ чисто-народнического типа и по тематике и no ее освещению. В рассказе «От одного корня» Эртель затрагивает другую народническую тему. По пркмеру тургеневского «Хоря и Калиньма», Эртель тоже характеризует двух мужиков —Васжлия Мироньгаа и Трофима. Но противоноставление их идет не по линии каких-нибудь «обще-человеческих» качеств исвоиств. Народнжческий вонрос о «мире», «общине» и о выделении из нее крестьянина-кулака —вот что интересует Эртеля. Василиі Мироныч —противвжк обпщны. Его рассказы, советы, рассуждения имеют всегда какое-нибудь практическое -значение. «Мужик он зажиточныі». «Выли в нем и торговые замашки». «—Не даі тыгосподив мирскиѳ делавстревать, —говорит он.—Окромя худого ничего не выідет.., Одно огорчение... Мир —один эфто беспорядок». Сына своего, Василия Мироныча, предполагает отослать в город, в лавку:«—Пускай к купецкому порядку приобьшнет, а уж в хрестьянстве —грех один». —Эртель относнт Василия Мироныча к среде «торговых мужиков», которых, как он сам говорит, принято называть «кулакаьш». ВасилиюМиронычу противопоставлен мужик Трофим с. Верезовки. Он —защитник мирских, общинных начал. Василий Мироныч называп Трофима «блажным». Еак относился Батурия-Эртель к общинным идеалам Трофима и к кулацкимидеалам Василия Мироныча? Характеризуя березовцев, Эртель указывает, что в «давние времена», «благодаря особым экономическим условиям», у .березовцев было сильно мирское начало.. Но уже лет за десять до оевобождения крестьян —условияжизни изменились : «мир пошел вразброд, начал разлагаться». Но у березовцев остались смутно сознаваемые и вдобавок почти нерезабытые храдпции нрежнего общинного порядка. Эти традиции березовцами уважались, но жить по ним уже не пыталпсь: «не те ноне времена». «Мир» уважал Трофима за знание этих старых общипных «трацидиі», но невысокоставил за желание и жпть цо этим траднцням. «Усамого ж,е Трофима предания, касающиеся собственно чисто практических отправлений былой общипной жпзни, как-тоневообразимо переплелись-с религиозной п нравственпой подкладкой л этой ясизни. Из этого сплетения получилось у пего какое-то для постороннего наблюдателя чисто хаотическоемпровоззрение». Такхарактеризует Эртель Трофима. В другом месте, где Василий Мироныч дает отрицательпую характеристику «мира», Батурин замечает: «Я вполне с ним согласился». Оимпатии автора на протяжепии всего рассказа явнохклоняются в сторону Василия Миропыча. В конце рассказа после мало толковых щ рассуждений Трофима, Ватурину вспоминается «стененная фигура Василия" Мироныча, егоположительный солидныі разговор, его определенное, закончеиное мировоззреппе». Инесмотря яатакуюэмоциально явнуюсимпатшо кВасилиюМироновичу и несочувствие мирским идеалам Трофима, автор не делает окончательного вывода. Для него остается вонрос: «За кем победа? За кого будущее?» 100
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4