о смерти Олега, о мщеніи Ольги, о пирахъ Владиміра, занесенныявънаши лѣтописи. Впрочемъ, такъ какъ старта, дѣянье или былъ, нашли себѣ приличнѣйшее выраженіе, съ одной отороны, въ народной эпической пѣонѣ, а съ другой, въ иокуоственной прозѣ лѣтописца; то сказкѣ была предоставлена область чи-. стыхъ вымысловъ, область Фантазіи. Сюда же было присоединено все, заимствованное йзъ иностранныхъ источниковъ, все, что народъ не признавалъ за свою родную отарину, а также краткіѳ анекдоты, замысловатые разказызабавнаго и наставительнаго содержанія, ияогда присоединяемые къ историческимъ лицамъ и событіямъ. Древнѣйшія изъ такихъ сказокъ, дошедшихъ до насъ, заимствованы у насъ извнѣ. Такъ сказка о Синагрипѣ и Акирѣ Премудромъ, разрѣшающемъ загадки и мудреныя задачи египетскаго царя, перешла къ намъ черезъ греческій и болгарскій языки изъ сказокъ арабскихъ. Иностраннаго же происхожденія сказки о Китоврасѣ и Соломонѣ, вѣроятно, греческаго, но съ значительными передѣлками и подновленіями на русскій ладъ. Разрѣшеніе загадокъ и остроумныя изрѣченія, вставляемыя вънарочно придуманвыя для нихъ событія, составляютъ главный интересъ этихъ расказовъ. Что на Западѣ, подъ вліяніемъ художеотвеннаго образованія отдѣльныхъ лицъ, перешло въ новеллу, стихотворную и прозаическую повѣсть, въроманъ, то у насъ, оставаясь неразвитымъ въ письменности, переходило въ уста разкащиковъ, и принимало Форму спокойнаго, эпическаго повѣствованія, не подчиненнаго сознательной личности отдѣльнаго поэта. Такимъ образомъ, если сказка и служитъ переходомъ отъ поэзіи къпрозѣ, то къ такой прозѣ, въ которой личность сочинителя скрывается за сообщаемыми имъ Фактами, какъ это болѣе или менѣе замѣчается во всей древне-русской словесности до XV вѣка включительно: и въ поученіяхъ, и въ лѣтописяхъ, и въ юридическихъ актахъ, и проч. Переходя въуста народа, оказочное содержаніе получаетъ національный оттѣнокъ, откуда быпервоначально ононибыловзято, изъВизантіи, отъ Арабовъ или отъ народовъ западныхъ. Русская сказка, обращаясь въ кругу эпическихъ воззрѣній народа, принимая складъ и обычныя выраженія пѣсеннаго эпоса, отличается замѣчательною свѣжестью поэтическихъ красокъ, первобытною наивностью, спокойнымъ и однообразнымъ теченіемъ. Чѣмъ народъ образованнѣе, тѣмъ болѣе его сказки теряютъ въ эпическихъ свойствахъ, и, въ замѣнъ этой потери, тѣмъ болѣе выигрываютъ въ отношеніи нравственномъ и умственномъ. Такъ напримѣръ нѣмецкая сказка, столь близкая по содержанію къ нашей, не такъ наивна и свѣжа, какъ эта послѣдняя, за то замысдоватѣе ея и нѣжнѣе,
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4