— 508 — повѣствованіи воякое различіе между обыкиовенньшъ и необычайнымъ, что слушатель незамѣтно переходитъ отъ одного къ другому; и даже сниоходительно дрпуокаетъ всякую небылицу, ііе безпокоя своей наивной довѣрчивооти ни малѣйшимъ сомнѣніемъ въ искреніюсти и правдивости раскащика. Суѳвѣрная основа поэзіи ставила нашихъ предковъ въ извѣстное отношеніе къ природѣ. Мы видѣли, какою свѣжеотью взгляда на міръ отличаются многіѳ примѣты и наговоры: но овободы и яснооти, необходимыхъ условій эстетическаго наолажденія, въ этомъ взглядѣ нѣтъ. Описанія различиыхъ явленій природы и небеоныхъ знамеиій, ооотавляющія эпичеокую прикраоу старинныхъ лѣтопйсцевъ, еще и въ XVII столѣтіи, иѳ смотря на запуганное воображеиіе и смущенное чувство, дышатъ тою же неподдѣлыюю поэзіею, будучи проникнуты живымъ сочувствіемъ природѣ, то радоотью, то боязнію, то недоумѣньемъ, а ішогда и ужаоомъ. Какъ любопытные памятники поэзіи ХУІІ вѣка, приводимъ описанія двухъ метеоровъ, появившихоя въ Бѣлозерокомъ уѣздѣ. Первое ошісапіе: «1662 года ноября въ 22-й день было тихо, и небо все чиото, а морозъ лютый. Въ оелѣ Новой Ерги и въ деревияхъ, позахожденіи солица, явилось на небѣ миогимъ людямъ страшное знамеиіе, о какомъ нйкогда и не слыхивали. Отъ солиечнаго западу явилась будто звѣзда великая, и, какъ молнія, быотро покатилась по небу, раздвоивъ его;ипротянулаоь по небу какъ змѣй, голова въ огнѣ и хоботъ : и такъ отояло оъ полчаса. И былъ оттуда овѣтъ необыкновенный, и въ томъ свѣтѣ, вверхъ, прямо въ темя человѣку, показалось будто голова, и очи, и руки, и перои, и ноги разогнуты, точно человѣкъ, и весь огненный. И потомъ облакъ оталъ мутенъ, и небо затворилось: а но дворамъ, и по хоромамъ, и по полямъ на землю палъ огонь, будто кужли горѣли; люди отъ огня бѣгали, а онъ, будто гонясь за ними, по землѣ каталоя, а никого не жегъ, и потомъ поднялоя въ тотъ же облакъ. Тогда въ облакѣ стало піумѣть, и пошелъ дымъ, и загремѣло какъ громъ, или какъ великій и страшный голосъ, и долго гремѣло, такъ что земля и хоромы тряслись, и люди отъ ужаса падали. А всякой окотъ къ тому огню сбѣгался въ груду, и рты свои оъ кормомъ зажимая и смотря на тотъ огонь, подымая за нимъ свои головы кверху, рычали каждый овоимъ голосомъ. Потомъ съ великою яростію нало на землю малое и вѳликое каменье горячее, а иное въ жару рвало; а людей Богъ помиловалъ, и окота не било, пало на порожнія мѣста; и снѣгъ около таялъ, а которое болыное камейье пало, и то уходило въ мерзлую землю.»—Другое оипсаніе: «1663 года августа въ 15-й день въ субботу, Бѣлозерскаго уѣзда, Робозерской волости, разныхъ номѣстій и вотчинъ люди стояли у обѣдни въ приходской церквн; и какъ стали пѣть молебень. на небѣ учинился великій шумъ; и многіе люди, вышедъ на паперть
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4