— 501 — да у иего волосъ вырвалъ. «А на четвертой день двѣ тмы мучеиикъ»—ипоималъ жидовина за бороду обѣими руками; й вырвалъ у нево мало не воѣ волосы. «А на пятый день избіенныхъ отъ Ирода во Виѳліемѣ младенецъ 14,000» —и вырвалъ у Жидовина поолѣдніе изъбрады волосы. Жидовпнъ жѳ не терпя стояти и иобѣже скоро, поорамленъ бысть». (Лиот. 144—147). Хотя. въ основѣ этой новеллы очевидна сатира надъ жидами п жидовотвующими, но по грубои необузданности эта шутка по справедливостп была относима къ книгамъ отреченнымъ, къ числу которыхъ моглп бы быть отнесены и многія изъ лубоіпныхъ изданін, какъ папр; мыши кота погребаютъ. . Прѣніе о вѣрѣ въ народныхъ разоказахъ, очевпдно, состоитъ вътѣсной связи съ апокриФическою Бесѣдою о мірѣ и судьбахъ его. Бесѣда Панайота съ Фрязиномъ Азимитомъ содержитъ въ себѣ элементы того и другаго апокриФа. Вотъ нѣсколько выдержекъ изъ этого любоиытнаго произведенья по рукоииси ПроФессора Григоровича, ХУІ вѵ Болошскаго письма, съ юсами, въ болыпую 8-ку. Для характеристикп Скандинавскаго Иггдразиля. Панагіотъ, описывая рай, между прочимъ говоритъ: «А посреди рая Древо жмотное, еже есть бооюество. И приближается верхъ того древа до небесъ. Древо то златовидно, въ огненнои красотѣ. Оно покрываетъ вѣтвямп весь pan. Имѣетъ же листья отъ всѣхъ деревъ и плоды тоже. Исходитъ отъ него сладкое благоуханье; а отъ корня его текутъ млекомъ и медомъ 1 2 источниковъ». О молніи. Объясняя грозу, Панагіотъ прпсовокупляетъ: «Девять ангеловъ обравшись на небеси, радуются о славѣ Божественнои, п трепещутъ своими' крыльями; и отъ ударенія крыльямп облака идутъ по аеру, гремятъ и дождятъ; а отъ силы аигельской исходитъ огонь п молпія, съвеликимъ громомъ на проклятаго Змія*. О Солнцѣ. На вопросъ Азпмпта, какъ ходитъ и сіяетъ солнце, Панагіотъ отвѣчаетъ: «Истекаетъ солнце свопмъ хождѳніемъ, какъ повелѣно ему отъ Бога; икогда исходитъ, блистаетъ своими лучами. И тотчасъ же огненные грипсоси, птицы небесньш, нарицаемыя финпксы и халедры, пролетаютъ пѳредъ солнцемъ, и окунаютъ свои крылья по двѣсти разъ въ окіянской водѣ и кроиятъ крыльями на солнце, да не поиалптъ оно лучами весь міръ. И сгараютъ у тѣхъ птицъ перья отъ огня солнечнаго, и становятся голы, будто ощппаныя. А когда запдетъ солнце, купаются тѣ птйцы въ окіянской великой рѣкѣ и обновляются, и оиять перттѣютъ крылья ихъ. Того ради и пѣтелъ иророкомъ имепуется. Имѣетъ подъ своими крыльями знаменіе на перѣ . И когда пондетъ солнце отъ заиада къ востоку, тогда шскорбнетъ у пѣтела
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4