— 472 съ собою для чудодѣйственнаго разрѣшшія множество запутанныхъ, иногда необыкновенно отрашыхъ олучаевъ своей домашпей жизни, которые безъ того навсегда были бы потеряны для Исторіи. Въ обителяхъ, гдѣ совершались чудеса, были заведены книги, 'ф9[которыя все сообщаемоѳ набожными богомольцами въ подробности записывалось. Чтобъ дать понятіе читателямъ , какъ это дѣлалось, привожу овидѣтельство изъ Житія Ѳерапонта Усть-Монзенокаго (if. 1591), no рукописи граФа Уварова въ 4-ку, № 415 (Царск. № 118): «Егда пишущу списателю чудесъ преподобнаго чудотворца Ѳерапонта, jh пріиде въ монастырь нѣкая жена, имянемъ Ирина, тоя же обители хриотіяпка, живый [вт. живущи) близь монаотыря ; и спроста вопрошаше нѣкоего вкладчика того монастыря , имянемъ Михаила, гдѣ затсываютъ чудеса преподобнаго Ѳерапонта чудотворца: еоть ми повѣдати исцѣленіе сына моего. Михаилъ же рече ей: иди ко игумену и повѣждь ему все по ряду. Она же шедши къ кельѣ игуменовѣ, и вопроси старца нѣкоего, како бы ей видѣти игумена, Старецъ же возвѣсти игумену о пришествш жены. Игуменъ же изыденаприсѣніе; ивопрооижены:какоеорудіе имаіпи до мене?' Она же нача повѣствовати оисцѣленіи сына своего». Когда она кончила свой разсказъ,—«Игуменъ же вопроси жены тоя: Како ти пріиде во умъ извѣстити о чудеси сеМъ? Она же рече: Во ономъ дни видѣхъ етера старца, грядуща во обитель сію ; повѣда ми ся Соли-Галичеокія ; и вниде во дворъ мой, и о тебѣ вопроси; азъ же повѣдахъ тя въ монастырѣ. Ивопрооихъ его: Какое орудіе имаши ко игумену ? Онъ же ми рече: Иду писати чудеса преподобнаго Ѳерапонта. Азъ же по сему разумѣхъ, что пишутъ чудеоа преподобнаго Ѳерапонта, и пріидохъ возвѣстити ти оія». Листъ 201 обор. и слѣд. Духовныя повѣствованія древней Руси соединяютъ въ себѣ съ занимательностью мемуаровъ художественное обаяніе поэтическаго произведенія ('). Соглаоно убѣжденіямъ древней Руси, сочиненія эти замѣняли нашимъ предкамъ и мемуары, и поэзію. Сверхъ того, уже къ XVI в. относится одно сочиненіе наставительнаго и нравоучительнаго характера, которое предлагаетъ намъ множество любопытнѣйшихъ даішыхъ для исторіи внутренняго быта древней Руои. Я разумѣю Домострой. Пиоьменныя прѳданія приниоываютъ его знаменитому сподвижнику Іоанна Грознаго, Сильвестру. Но, вѣроятно, это сочиненіе, служившее нашимъ предкамъ руководствомъ, какъ жить, было, по веденному въ старину (') Нѣкоторыя изъ этихъ повѣствованій разобраны отдѣльнымн статьями въ Историч. Очеркахъ Русск. народн. литературы и искусства.
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4