XVI. волотъ волотовичъ. Преданіе о Волотѣ Болотовичѣ изложено въ Повгьсти града Іерусалима, помѣщенной въ одномъ отличномъ сборніікѣ повѣстей, за сообщеніе котораго приношу мою благодарность г. Истрину, тудепту Московскаго Уннверситета. Сборнпкъ писанъ въ первой четвертп ХѴШ в., въ малую 8-ку, a 32 і листахъ. Высокое значеніе этой повѣсти соетоитъ въ томъ, что она предлагаетъ намъ первообразъ извѣстнаго народнаго стиха о Голубиной кншѣ. Занимающимся русскою народною словесностью хорошо пзвѣстны многіе, б6льшеючастію; апокрпФическіепсточники народнаго стиха о Голубтой книт, мѳжду которьми первое мѣсто занимаетъ извѣстная Бесѣда трехд святителей (1); но до сихъ поръ не доставало переходнаго, средняго термиаа между этпми источниками и самымъ стпхомъ. «Повѣсть града Іерусалима» составляетъ именно этотъ любоиытиый переходъ. Она еще не знаетъ князя Владиміра; но уже вводитъ Давыда Іессеовича, и не одного его: при немъ Моисеи Моисеевичъ и Елисеіі Елисеевичъ. Эти три ветхозавѣтныя имени какъ бываріанты трехъ святителей извѣстной «Бесѣды.» Мѣото Владиміра застуиаетъ лицо чисто миѳическое, Волотъ Волотовичъ, новый герои русскаго миѳологическаго эиоса. Оаъ является здѣсь первообразомъ или предшественникомъ герою историческому, Владиміру Красну-Солнышку: замѣчательный Фактъ въ исторіи руоской народной иоэзіи; подтверждающій ту правдоиодобиую догадку, что именемъ князя Владиміра во миогихъ богатырскихъ пѣсняхъ была замѣиена и иодновлена какая нибудь древнѣишая героическая, миѳическая личность. По крайиеймѣрѣ въ отихѣ оГолу- (*) Смотр. мою рѣчь въ 2-ой части этахъ іОчерковъ.»
RkJQdWJsaXNoZXIy NTc0NDU4